Соединение Миров 
                          
Эту книгу посвящаю Евгению и Оксане Андреевым.

Мир существует, но упрятан,

Под толщей лжи и колдовства.

Тут миром правят, Мифы – Боги,

Драконьи были тут права.

Рассвет идёт, Заря – алеет.

Они грядущего оплот.

Как На-Ви свет – бином их зреет,

Для вечной жизни, рождённый плод.

В саду бескрайнем, бесконечном,

Расцвёл прекрасный цветок Любви.

То Роза - Мира из жизни вечной,

Уж раскрывает лепестки…    (Навна)

                  Глава первая.

Яркий луч света ослепил, как только я хотел наклониться и поднять… но что?.. Я хорошо помнил, что хотел что-то поднять… что-то прекрасное, но что?.. не мог вспомнить. Вероятно на время, пусть на доли секунды, я потерял сознание. Но в следующее мгновение уже полностью осознавал реальность окружающего мира. Только никак не мог вспомнить что-то очень важное, что мне захотелось плакать.

Откуда появился этот луч? Скорее даже не луч, а ком света, да такой плотный, что всеми клетками своего тела ощущал не просто ослепление от яркого луча, но будто тонны чего-то упали на меня и не раздавили, как это бы сделал камень, а проникли в тело, в каждый орган, в каждую клеточку, прожигая по пути все ткани.

… И боль!.. невыносимая боль. В глазах темно, хоть и понимал, что день и ярко светит солнце. Всё тело дрожало, будто через него пропустили электрический ток. Стоять на ногах не было сил, и я упал на колени. Впереди, в темноте стал проявляться свет, где-то очень далеко, но чувствовалось, что свет приближается. И вот в этом свете стал появляться объективный мир. Сначала я увидел вдалеке лес. Удивительно… в полукилометре видел чётко лес, в деталях мог описать каждое дерево, каждую ветку на этом дереве, каждый листик, а вот то, что ближе тонуло в мареве расплывчатости.

Выходило всё наоборот – то, что близко, то далеко, а что далеко, то близко. Тем не менее, свет приближался, и следом обнажался мир всё ближе. И тогда рассудком начал понимать, что непроизвольно сфокусировал зрение на горизонте, там, где появился этот луч. Теперь же потихоньку начал приближать фокус зрения к нормальному виденью.

Но! Что это? Не доходя метров двадцать до меня, свет остановился, точнее не свет… а день. Из прозрачности дня стал собираться образ. И этот образ был прекрасен. Это была молодая, прекрасная женщина в платье самого рассвета, на котором живыми бриллиантами сверкали капельками росы, которые таяли на глазах и тоненькими струйками стекали вниз, создавая дивный узор, через который просачивалась живая, манящая, изумительная нагота женского тела. Одна струйка прошла по тугой груди и остановилась возле соска, словно подумав чуть, уже двумя струйками устремилась вниз, оставив чёткое очертание соска.

«Ах! Какая красота!.. Вернуть бы годиков двадцать» – подумал я, но тут же отбросил эту мысль. Ведь тогда, скорее всего в сердце бы появилось желание, а это похоть. Зато сейчас, уже в зрелом возрасте, можно просто наслаждаться красотой самой феи рассвета. Хотя… поймал себя на мысли, что совсем не чувствую себя зрелым. Скорее наоборот, чувствовал себя грудным младенцем, а эту дивную женщину своей очаровательной мамой. Более того, казалось, что я её знаю, и знал всю свою жизнь.

Вспомнил! Я её знаю. Это та дивная фея из моего далёкого детства. Тогда я, будучи маленьким четырёхлетним ребёнком, увидел сознательно её первый раз. Она появилась тогда, когда я бежал по цветущей поляне. Целая поляна цветущих ромашек. Ромашки доставали мне до груди, некоторые были даже выше. И… я видел её, только не в этом платье. Тогда она была одета в платье заката, которое отливало оранжевым светом, на фоне синего, даже не синего – фиолетового неба. И она с надеждой в глазах, смотрела на меня, будто звала к себе, понимая, что я не пойду.

Но!.. Я пошёл, даже не пошёл, а побежал. Ромашки и трава заплетали мне ноги, но это не останавливало. Собрав все силы и смеясь от какой-то дикой радости, я бежал, бежал, бежал. Тогда что-то грубо остановило… но что? Ах да!.. Вспомнил!.. кто-то схватил за руку и привлёк к себе. Ах!.. это ж мама! Она с испугом смотрела на меня, крепко держа за маленькие плечи. Я вырывался, плакал, просил, но безрезультатно. Тогда я укусил маму за руку, и она, вскрикнув, отпустила.

Быстро повернувшись, я хотел снова бежать к той прекрасной тёте из воздуха, но… её не было, нигде не было. Только день, солнце и много-много ромашек. И я заплакал. Потерялась, как мне тогда казалось, сама сказка, которая была для меня гораздо большей реальностью, чем весь окружающий мир. Конечно, сейчас я прекрасно понимал, что мама не при чём, ведь она то её не видела. Это была моя сказка, а не её.

Но я помнил, помнил эту сказку всю свою жизнь, и она, как мне казалось, помогала мне всегда, потому как с уходом дивной феи заката, уходила реальная нереальность, а на смену ей шла очевидность, которая пугала. Казалось, в своей реальности я всё знал, всё понимал. Там было всё дружелюбное, любящее, понятное, в то время, как очевидность была груба, плотна и жестока. Она постоянно почему-то причиняла боль.

Пока в памяти прошли эти воспоминания, женщина проявилась полностью. Она подошла, как подплыла, так близко, что можно дотянуться до неё рукой. Но она протянула свои милые руки первой:

– Ты почему меня встречаешь на коленях? Вообще-то я другое представляла.

– Что другое?..

– Что заключишь меня в объятия свои.

Я недоуменно посмотрел, не помышляя ничего.

– Ты кто?

– Твоя супруга.

Сердце моё остановилось вдруг, и я почувствовал всю комичность ситуации. Стою придурком старым на коленях перед красивой, молодой, прекрасной женщиной.

– Почему придурком старым? Может молодым? – промолвила, как окатила водичкой родниковой.

– Ты что, читаешь мысли?

– А разве мысли выражаются словами?

– А как?

– Мысли одеваются словами, а выражаются образами чувств.

– А- а-а!.. – опять глупо произнёс.

Но что-то и во мне меняться стало, я почувствовал упругость тела своего, эластичность, свойственную молодому телу. Непроизвольно стал осматривать себя. Интересно, я вовсе был не старым и даже не зрелым, а вполне нормальным молодым мужчиной.

Посмотрел на женщину. Она лукаво улыбалась. Подумал, что это сон.

– Нет!.. Это не сон… Это твоя реальность… и моя. Мы её уж много тысяч лет из наших жизней создаём.

– Зачем?

Женщина аж замерла от моего вопроса.

– Как зачем? Это ж наш дом.

– А-а-а! – опять глупо произнёс, не понимая ничего. Оглянулся, пытаясь дом увидеть, но не увидел – увидел метрах в тридцати ручей. Он весело журчал. Вот тут-то понял, что всё вокруг другое, не то, что было раньше. Скорее всё кругом было из моей мечты, точнее – нашей мечты – моей и моей супруги на земле.

– Выходит, я для тебя не значу ничего? Ты любишь не меня, а лишь мою одежду…

– Одежда – это что?

– Это Лира – твоя жена, вернее жена того тебя, где человеком ты рождён.

– А ты не человек?

– Я Лира – человек! А ты Олег. А здесь пока не человек… и человек, быть может.

Я посмотрел на женщину вдруг не глазами зрелого мужчины, а взором юности самой.

– Как звать тебя… не человек и человек, быть может?.. – ко мне веселье, юмор тонкий возвращался.

– А забыл?

– Забыл… – но я всё вспомнил. Звали её Заря.

– Заря меня зовут.

– А-а-а! А я Закат?

– Нет! Ты свет зари.

– Твой свет?

– Да.

И тут я вспомнил, что на коленях всё ещё стою. Даже смутился чуть, понял, что я в другой реальности совсем. Быстро встал, взял её за руки нежные, и грубо, как мне показалось, привлёк её к себе и заключил в объятия.

– Зорюшка любимая моя!.. Почему же раньше так чётко всё не проявлялось? Всё было, как во сне.

– Ты к Олегу сильно прикипел, бывало, уходил в него почти совсем.

– А ты что делала?

– Я плакала.

Это удивило меня даже, я всё ещё не проявился полностью, точнее, всё ещё больше был Олегом, что на земле.

– А что плакала то? С Лирой слиться что ли не могла?

– Не всегда она меня пускала, ей часто очевидность застилала сердце пеленой обмана.

Вспомнил я и то, что Лира плакала всегда, когда я говорил об этом. Мне хотелось очень, чтобы Заря и Лира были всегда вместе и везде – не только в грёзах, но и в очевидности земной. Часто мираж земных проблем ей не давал Зарю в себя пускать. Вот та и плакала – не Лира, а Заря. Но!.. зато когда Заря вдруг набирала силу в Лире, та становилась, как ребёнок дивный – весёлой, озорной чуть-чуть и нежной, нежной, как сама Заря. И в ней кипела радость и любовь сама. А я тоже хорош, вместо того, чтобы помочь, пытался волей заставить её быть не Лирой, а Зарёй. И у меня, как у Олега, это получалось грубо.

– А чё ты слушала её?

– Нельзя, насилие богопротивно.

– Ничё, я не сильно церемонился с Олегом.

– Вот-вот, то он и попадал всегда куда-нибудь – то пить начинал, то гулять, как кот весной, то что-нибудь ещё…

– Что-нибудь!.. – передразнил, – зато сейчас хорош, дом себе построил, не пьёт и… г-м… не гуляет, как кот весной, пишет книги, в саду копается с любовью в сердце. Вон цветы кругом цветут с весны до самой поздней осени.

– До поздней осени-и… – теперь она меня передразнила. – Что бы делал ты без Лиры и без детей, которых…много…

Я вдруг понял, что мы спорить начинаем, а так и до чего-нибудь дойти недолго. Не верилось, конечно, что в этом мире  это возможно, но спросил:

– В этом мире всё стерильно?

Засмеялась Зорюшка.

– Ты действительно не помнишь?

– Нет, не всё, Олег своим рассудком память застилает чуть.

– А разве ты можешь строить идеальный мир?

– Вообще-то я стремлюсь. Только ведь жить в раю мне скучновато что-то. Или может я придумал всё себе?

– Нет, не придумал. Здесь у нас есть всё – богатство, изобилия, романтика, любовь и радость, но и страдаем иногда, и даже плачем…

– Это ты плачешь, вместо того, чтобы смеяться. Даже не знаю, от чего больше – от радости или от огорчения.

Заря хотела отстраниться от меня, обидевшись на грубые слова, но… передумала. Я же стал чувствовать, что что-то делаю не так. Обнял её, прижал, а далее… стоим, как клён с берёзкой, хоть и на берегу одном.

– А дом у нас здесь есть?

Засмеялась Зорюшка, как колокольчик зазвенел в мелодии природы.

– Рассветик, мой любимый! Ты что, действительно забыл? Ведь здесь сначала строим всё и создаём, а лишь потом всё опускается на землю в мир проявленный, и как осадок, а не как реальность. Там грубость материалов не даёт, как здесь.

– Тогда веди, что-то проголодался я. – действительно почувствовал чуть голод.
Засмеялась Зорюшка опять.
                                             ------------------------------------

Я еле-еле поспевал за ней. Заря легко бежала... будто плыла.

- Мы куда идём?.. что-то дома я не вижу.

- К ручейку сначала, там глаза промоешь, сразу дом увидишь.

Когда до ручейка осталось метров пять, остановил Зарю, сам подошёл к ручью. С боку заводь небольшая у ручья, вода, как зеркало - не ряби, не волнения, чуть наклонился, посмотрел, себя увидел. Узнал и не узнал одновременно. Глаза не изменились, точнее, даже не глаза, а глубина... или что-то ещё, что выражает сущность человека. Всё остальное было не моё... а может и моё, только молодое. Но ведь и Заря на Лиру не похожа... Налюбовавшись вдоволь, наклонился и набрал воды в ладони. Хотел брызнуть на себя, но!.. что это? Из воды кто-то смотрел прямо в глаза... Вдруг этот кто-то руки протянул к моим рукам, схватил и дёрнул. Я в воду полетел вниз головой, смешно барахтаясь в воде, так как воды немного было.

Когда ошеломлённый выбрался на берег, обернулся. На берегу ручья сидела настоящая русалка.

- Это кто, Зорюшка?

Заря смеялась весело опять:

- Это Невада, лучшая моя подруга. Она любит шутить.

Я чуть обиделся, а может и не чуть...

- Шутить?.. шутницы тут нашлись... и откуда она?.. вроде не придумывал такую... шутницу...

- Придумывал!.. не в этом жизни только, - ответила Заря.

- Вот ещё разок пошутит и забуду в этой жизни...

- Нет!.. не забудешь. С кем Снежана играть будет?.. если...

- Какая Сне-е-ежана?

- Наша дочь.

- До-очь?.. наша?.. вроде нет у нас... там...

- Есть!.. не там, а помнишь ты мечтал тогда. когда был молодым совсем? И я с тобой была тогда всегда. Ты сам меня не отпускал, в себе держал... ну. вообщем, не в себе... вместе были постоянно.

И вспомнил я. Тогда мне было двадцать лет всего, только-только из армии пришёл. Однажды в лес пошёл весной, куда, зачем, не помню, но припозднился и заночевал в лесу. Утром рано-рано, когда и Солнце не взошло ещё, стал собираться в путь. На востоке чуть светать начало, а мне как раз туда. Думаю, что вот иду на встречу с Солнцем, предвкушая. как поднимется оно и обласкает первыми лучами, обогреет ласково и силы даст. Тропинки, по которой шёл, ещё почти не видно было, но угадывал чутьём каким-то. Вышел на полянку небольшую и!.. на фоне зарева рассвета увидел на поляне деву. Она сидела прямо на траве, задумавшись о чём-то. Я тихо подошёл, её красою наслаждаясь. Капельки росы на ней блестели радугой цветов, отражая в себе сотни миров, или один, но каждая росинка свой отражения секрет имела и это меня очаровало.

Я понимал - это мираж... чуть колыхнётся воздух, и она исчезнет, потому даже дышать боялся. Но девушка или, быть может, женщина глаза открыла, посмотрела на меня и улыбнулась мило. И я узнал её!.. это была из детства фея... Она мне руки протянула, будто просила поднять её на ноги. И я решился... к ней руки протянул свои. Когда я взял её за руки и помог подняться, росинки, что на платье её и волосах блестели, осыпали меня прохладой утренней зари. Дрожь по телу пробежала, толи от прохлады, толи от напряжения и страха. что она исчезнет. Но не исчезла фея, а заговорила вдруг:

- Я часто прихожу сюда в росе купаться. А ты любишь зарю?

- Люблю-ю!.. - ответил я.

- Обними меня, ведь я и есть твоя Заря.

Я чуть опешил. Такого даже предположить не мечтал, но и обнять боялся. Казалось, её тело не из плоти, а из света самого. Платье воздушное чуть колыхалось, подол прилип к моим ногам.

- Что же ты?.. - шептали её губы, - или забыл совсем?

- Нет, не забыл, но ты в мечте моей...

- А может не в мечте, а памяти твоей?

И тут я начал вспоминать. Вспомнил, что знаю я её, только не в этой жизни, но в какой?.. И я решился... обнял её и... провалился, на землю начал падать, пройдя через её.
                ------------------------------------------------

Нет, не упал... как странно!.. Она в моих объятиях обмякла вся, глаза закрыла, и я её поцеловал. Это был не поцелуй - само блаженство.

- Пошли домой,  - она сказала.

- Как это домой?.. и где он?..

Заря рукой махнула чуть в сторону, и я увидел, что всё вокруг совсем другое. Лес исчез... вернее не исчез совсем, а был на горизонте. Метрах в пятидесяти дом стоял прекрасный. Не дворец, но весь в зелени и дивный сад вокруг. Весна!.. благоухало всё, цвело и радовалось Солнцу. Мы побежали по аллее в дом.

- Чей этот дом?.. - спросил.

- Твой! Ты его построил в мыслях и книги написал, и не одну, только для тебя одна всех книг важнее.

- Да нет... - я возразил - книги тем более писать я не умею, а дом?.. зачем он мне, не собираюсь я в деревне жить.

- Тогда наверное не в этой жизни - подумала чуть, - да нет же, в этой.

Я ничего не понимал и был уверен, что это просто сон, но просыпаться не хотелось, пусть будет. Тропинка красиво была выслана из мраморных камней. В щелях между камней чуть зелень проявлялась. По сторонам алеи сирень благоухала. Справа в глубине сада, красовались яблони и груши. Слева вишни, сливы и кусты смородины, а чуть дальше черёмуха цвела. Ещё дальше берёзка небольшая с клёном обнималась и елка с кедром. Всё это я отметил бегло, окинув взглядом.

Подходили к дому и!.. что это?.. Полянка открылась небольшая, а на ней... подснежники и колокольчики цвели. Другие не цвели ещё, а зеленели просто. Их время не пришло ещё.

- Подснежники?.. - я удивился - ведь поздно? 

- Здесь не поздно, здесь всё возможно, - ответила Заря.

- Ну да, конечно... это ж сон!..

Когда вышли на цветочную поляну, дом открылся взору. Он был действительно красив. Веранда светлая на первом этаже, из одного стекла почти, на подоконниках цветы в горшках стояли, кое какие цвели, диван, два кресла и журнальный столик из стекла. Я хотел здесь задержаться, но Заря в дом увлекла меня. Сразу попали в зал большой, просторный, по середине овальный стол стоял и стулья мягкие вокруг, диван и кресла у стены, в стене самый настоящий телевизор. Но и здесь Заря не задержалась, а увлекла меня по лестнице, что недалеко была от входа, на второй этаж. Попали в круглую прихожую и четыре двери, повидимому в комнаты детей, да и нашу тоже. Но мы, пройдя к двери напротив, вышли на мансарду. Просторная была мансарда, светлая и выходила на восток. Солнце приветливо ласкало нас лучами. Вот тут Заря остановилась, упала на диван.

- Устала что-то я!.. - лукаво посмотрела на меня.
              ---------------------------------------

Я прекрасно понял, что усталость не при чём. Она играет. Вообще-то и я не промах был, скромностью большой не отличался.

- Интересно как - я сплю и будто и не сплю...

Не ответила Заря, просто глаза закрыла, раскидала руки, будто предлагала, что вот я вся - возьми и делай всё, что хочешь.

- Ты предлагаешь мне себя? - спросил её.

- Да!.. делай всё, что хочешь, я так давно тебя ждала...

Я удивился, но виду не подал...

- А вдруг я захочу побить тебя?

- Нет, не захочешь, здесь нет агрессии совсем.

- А где есть? - я между делом к ней приблизился и рядом сел.

- В нижних мирах.

- Тогда пошли туда.

Заря глаза открыла, села,

- Зачем?

- Охота мне поиздеваться.

- Почему?.. - она недоуменно смотрела на меня, не понимая шутки.

- Сама сказала, что делай всё, что хочешь.

- А что хочешь, это значит издеваться?

- И издеваться тоже, - я прятал взор, чтобы не расхохотаться раньше времени. Украдкой на неё смотрел и вдруг испугался сам. Её глаза вдруг страхом стали наполняться.

- Ты стал таким жестоким? - она расплакаться была готова, - ведь мы не встретимся тогда-а.

Я понял, что переборщил, стал успокаивать:

- Да нет же!.. нет!.. я пошутил...

Она набросилась и повалила на диван, сидела сверху и тихо колотила по груди.

- Ну вот, теперь вместе в нижние миры пойдём. Раз дерёшься, значит в нижний мир тебя пора отправить.

Я тогда ещё не понимал даже того, о чём речь идёт, просто подыгрывал... больше всего боялся просыпаться.

- Ты не проснёшься, ведь ты в лесу домой идёшь - Заря сказала.

- Как я могу идти и быть с тобой? 

- Смотри...

И я увидел. Будто открылась книга, а там, как в телевизоре, хоть и не совсем, конечно, потому что мне казалось, что я руку протяну, и рука пройдёт или войдёт в страницу книги, препятствия не встретит. Олег шёл по тропинке, задумавшись о чём-то, но шёл уверенно. Казалось, что и под ноги не смотрел. Вышел на полянку небольшую и вдруг упал, что-то крича, катался по земле... и!.. вдруг затих.

- Чё это? - с испугом вголосе промолвил я, - ведь это я!..

- Ты!.. только не думаешь, не чувствуешь... ушёл в себя. Он... то есть ты, не будешь помнить ничего, только будет хорошо ему... тебе.

- Ты чё колдунья?

- Я твой идеал в веках, тысячалетиях. Так что колдуешь ты везде, всегда своей мечтой-фантазией. Вспомни, как таскал меня по звёздам и планетам всей вселенной в своих фантазиях, пытаясь плоть... вернее чувства низшие насытить.

Я, конечно, вспомнил, смутился,покраснел, но не растерялся:

- Так возраст был переходной...

- Взраст!.. а я то чё для тебя?.. или потому что с краю?.. ведь я реальна здесь и больше, чем на земле, и чувствую и мыслю.

Я залился краской весь, вспомнил, как фантазировал и любовницей её и... служанкой даже, что выполняла все мои желания. Конечно была в моих фантазиях она и королевой и подругой, как у Чапая Анка, соратницей, и я спасал её не раз в космических походах и многое другое. Но я любил её везде, всегда... она меня не меньше.

- Я же не знал, - оправдывался я.

- Не знал?.. только твоё незнание не сберегло нас Снежаночку родить.

- Как это? - растерялся я.

- Дочь у нас. Здесь не так рожают, она в утробе матери самой Природы.

- Да-а?.. хорошо тебе... сплавила ребёнка.

- И во мне!..

- А-а!.. - не понял я, да и не пытался вовсе, подумал только, что надо бы впредь поосторожней фантазировать то, а то...

- Хочешь посмотреть? 

Я хотел ответить, но Заря и рот открыть мне не дала. И я увидел дивную девчонку. Она лежала, будто спала, личико белое, румянец на щеках, ножки к животу калачиком прижаты, а из пупка лучик света выходил и к сердцу Зорюшки тянулся.

- Так она чё, ещё не родилась?

- Нет.

- А когда? - я открыл от удивленья рот.

- Когда созреет, - ответила Заря.

Я рот закрыл.

- Понятно объяснила... г-м-м...

- Так то ни чё, только я ведь и в твоём мире живу... вот и кручусь и там и там...

- А-а-а!.. - опять не понял я

- Лира там зовут меня, встретимся когда-нибудь.

Я почувствовал, что исчезаю, или будто в луч света превращаюсь... Поняла это и Заря... услышал еле-еле её последние слова...

- Помни Олег, Лира там меня зовут, а дочь у нас зовут Снежана.

…"Чё это я"?.. - подумал я, вставая, - "На поляне развалился"?..

- Замечтался что-то!.. - вслух сказал и улыбнулся своим грёзам... - хорошо-о!
                  ----------------------------------------------

- А ты дочь покажешь, Зорюшка? Ведь после встречи той я фантазировал тебя только хорошей.

- Я не обижаюсь, мечтай какой захочешь, только люби всегда, везде... 

- Да!..

Глаза поднял и дом увидел... тот дом и тот, что в нашем мире, только здесь он ещё краше. Весь в зелени и птицы певчие поют. Одна села на плечё и перья свои стала чистить.

- Тут что и за человека меня не признают, то русалка в воду тащит, то птица душь устроила себе, то...

Под яблонькой увидел старичка... маленький, весёлый.

- А это кто?

- Это Тимоша, наш домовик. Он в доме на земле у нас живёт, сюда приходит отдыхать и яблочек покушать.

Я наклонился к старичку... он расплылся весь в улыбке и исчез мгновенно.

- Пошли, показывай наш дом.

- А чё показывать то, всё как на земле, ведь ты же строил и украшал.

- Чё, всё так же?

- Да, почти.

- Тогда я тебе всё покажу, только вот сад то здесь прекрасен, там он ещё только начинает силу набирать.

- Быстро наберёт, ведь ты его с детства лелеешь - и дом, и сад, и книгу.

- Книгу не одну, да и стихи твои буду издавать. 

- Не мои, а наши... знаю я. Здесь по отношению к земле есть будущее.

- Да?.. тогда чё Лиру не научишь колдовать?.. ну там к примеру, будущее предсказывать.

- А чё сам то?

- Мне нельзя, я истину ищу.

- А мне выходит ни к чему? - возмутилась Зорюшка.

Я улыбнулся, чемто Лира проявилась, повеяло родным... земным и бабьим.

- Не-е, тебе не обязательно, ты лучше крайней будь, я скорей до истины дойду.

Краем глаза наблюдал за ней. Она сначала будто возмутилась, но мы уже подходили к дверям. Сердце замерло моё, до боли всё знакомо - двери, веранда горшки на подоконнике, а в них цветы цветут и будто песенку поют. В дом вошли, всё то же, что и на земле, только светом дивным всё сияет. У входа лестница и нет в зале ничего лишнего - просторно и светло. Музыка играет тихо... даже не музыка, а звуки природы - шум ветра, шелест листвы, трель соловья и многое другое создают симфонию любви и радости самой.

- А где же дочь?

- Она у гномов.

- Как это?

- Мир, конечно, нижний, но они хорошие и любят с ней возиться.

- А-а-а!.. - опять я ничего не понял.

Она не стала задерживаться в зале, а увлекла меня по лестнице наверх. "Как тогда" - подумал я.

- Не, нет!.. пошли, увидишь сам - я покажу тебе нашу комнату.

- Я знаю.

- Я кое-что добавила.

- Двуспальную кровать на односпальную сменила?.. я ведь больше с Лирой пребываю - засмеялся я.

- Нет, нет, увидишь сам - только ты первый заходи.

Я знал, конечно, которая дверь наша, тихо подошли. Уверенно открыл, хотел шагнуть... что это?.. пола нет... лишь где-то далеко внизу свет чуть-чуть мелькал. Я инстинктивно ухватился за ручку двери, боясь упасть. Опомнившись, попятился назад. Заря смеялась, просто заливалась смехом... Не обращая на неё внимания, я подошёл опять к двери. Свет снизу поднимался, и поднимался будто пол из глубины. Через минуту пол, как пол, слевой стороны кровать, окно большое, тумбочки и справа гардероб.

Уже с опаской в комнату шагнул, сделал шаг, другой... Что это?.. стены стали удаляться будто, а вот и появился лес, запели птицы, с юго-запада ручей вдруг побежал и водопадом брызг полился на кровать. Я, конечно, был ошеломлён. 

- Хорошо!.. конечно можно здесь, на земле так не получится.

- Через год и там так будет.

Заря сзади подошла и толкнула на кровать под водопад, но не было воды, конечно. Я засмеялся весело.

- Молодец Заря-Зорюшка моя...

- Это Лира всё придумала.

- А в остальных комнатах как на земле?

- Нет, но... там потом посмотришь.

- Тогда иди сюда, - я руки пртянул, сообразил, что здесь мир мысли и потому можно силу мыслей испытать. Заря упала прямо на меня, поцеловать хотела, но... волю всю собрал... представил, что настоящий водопад...

Раздался крик сначала, даже не крик, а визг. Заря с кровати соскочила, встала неуклюже, с неё вода стекала на пол. Я же смеялся от души, хоть сам был мокрый весь, но веселился, как ребёнок. Развеселилась и Заря, мы прыгали, как дети, что-то кричали невпопад, обнимались, целовались.

- Пойдём на мансарду - она сказала... Первые слова, что понял.

- А чё?

- Здесь сыро, ха-ха-ха... ты только там не мочи диван, а то и присесть...

- Не присесть, а полежать, - пальцем задел сосок её груди, что расинка выделила, - роса то здесь крашеная, не высохла, как был узор так и остался.

- Нет, это такое плптье нежное, роса то ведь земная.

Вдруг погрустнела Зорюшка.

- Ты чего? - спросил.

- А ты не исчезнешь, как тогда?

Я подумал чуть...

- Не знаю-у... ну если что ты бегом в Лиру...

Сейчас я чувствовал себя уверенно, знал прекрасно о многообразии миров и наполненности жизни. Не двадцать лет, конечно, чем дольше узнавал, тем больше непознанного становилось, но не беда, а радость это.
                           -------------------------------------------

На балконе так же были изменения. Потолок бул полусферой и со стенами сливался и окнами. На северной стороне вуаль цветная колыхалась, как сияние небес.

- Это откуда?

- Это если Солнце на востоке, то блики лучей отражаются от потолка. Как только солнце поднимается, блики исчезают, зато на полу как снег всегда лежит.

- Одноко же, какая же ты выдумщица и кудесница.

- Так вместе мы всё делаем. - она упала на кровать и раскидала руки, - что-то устала я.

Я засмеялся,

- Ты не меняешься, всё как тогда...

- Да?.. Забыла!.. Всё равно иди сюда.

- Зачем?

- Любить тебя хочу.

- Любить?.. А я поговорить хочу, на земле налюбимся, здесь так много интересного...

- Потом... У нас вечность впереди.

Но я в окно смотрел, там Змей Горыныч мимо пролетал. Обернулась и Заря.

- Горыныч исправляется, раз к нам попал, всё хочет птичкой певчей стать.

- А-а-а!.. ни чё не понял я - а окно у нас закрыть можно?

Шторы плотные упали с потолка, звёзды загорелись, луна на юге появилась.

- Иди же, наконец, ко мне любимый.

Я подумал, что надо брать инициативу как-то в свои руки, а то... вроде и знаю всё, а интересно очень, хожу, как Ваня дурачёк, дивлюсь как маленький ребёнок. Сел к ней на диван... как в перину провалился, но даже повернуться не успел, она сидела сверху на моей спине.

- Ты чё наглая такая? Никогда тебя такой не видел...

- А я тебя таким телёнком.

Возмущение волной по телу пробежало.

- Во!.. возбуждаться начинаешь... это хорошо - Заря смеялась, легла всем телом, не давая мне пошевелиться, да я и не пытался, мне было хорошо, казалось моё тело сливается с моим, как капельки росы. Вот и совсем Заря исчезла, через мгновение нашёл её опять, но в сердце у себя. Я быстро повернулся, но не было Зари. Услышал лёгкий смех внутри...

- Здесь я родилась давным-давно - услышал голос - и здесь мой дом от века и до века. Иди сюда мой милый!..

Я заглянул в себя - Зарю увидел. Красивая и нежная она лежала в царском ложе, а я на троне восседал в Коронном Зале. Трон сиял от света брилиантов, драгих камней и золота чистейшей пробы, что украшали, придавая ему сказочную красоту. И зал украшен был сияньем… не камней, а звёзд и сфер Небесных. По сфере струйки золотые пробегали, то здесь, то там вдруг вспыхивали мириадой звёзд, что в танце собирались в хоровод галактик, вдруг разбегались в чреве сфер, теряясь.

И исчезло всё - не Тьмы не Света! “А где Заря?” - подумал я и понял - она там в Прозрачности не то блаженствует, не то страдает “И что же делать?” - ответ услышал я: - “Любить!” “Люблю!” - я крикнул, но слово будто утонуло в чём-то, один лишь звук пробился в Бесконечность той Прозрачности, чуть взволновав её движеньем лёгким. Увидел вдруг отчётливо в Прозрачности Зарю на ложе… и звук от слова, что пробивался к ней. Она смотрела на меня, чуть улыбаясь, протянула руки, будто звала к себе. И я пошёл, но луч достиг её!.. ударил звуком в сердце и… вспыхнула Заря всеми цветами радуги, окрасив всю прозрачность.

Прозрачность вздрогнула, вздохнула будто и исчезла, рассыпавшись на мириады звёзд во тьме горящих. Я встал, ошеломлённый! Не было ни где Зари - Тьма кругом и звёзды.

- Как мне найти тебя во чреве Тьмы, но не было ответа. Я сделал шаг и… провалился в бездну!..
                    ---------------------------------------                           

- Олег, ты чё здесь развалился? - услышал голос Лиры.

Я ничего не понимал, пытаясь осознать себя опять. Помню, что летел во тьме. Кое где видел лёгкое мерцанье света и голос, что становился всё сильнее. Потом затихло всё и всё исчезло. Пытался вспомнить те слова, что голос говорил: "Там найдёшь меня, где нет меня, а обретёшь меня, где есть не я, которая есть я.

Я повернулся к Лире. Линра улыбалась мило, спросила:

- Ты спал?

- Нет, тебя искал на царском ложе, - ответил я.

- И что, нашёл?

- Нет, не нашёл... а может и нашёл...

Мелькнула мысль, что это Лира. "Там найдёшь меня, где нет меня"... ведь я Зарю увидел в Лире, хотя Заря и в мире грёз моих.

- Тебя зовут Заря?

- Твоя Заря, любимый!.. пойдём домой, звонили из музея.

- Что хотели?

- Макеты будущего создают. В интернете поместили объявленье, чтоб все, кто хочет, свои проекты будущего присылали или приносили.

- И что, приносят?

- Да.

- Что ж, дай указание, чтоб счёт открыли, с условием, чтоб так и было.

- Я дала.

- Вот и хорошо. А чё тогда меня искала?

- Соскучилась! Сама не знаю, почему, вдруг захотелось тебя видеть, и любить, и целовать.

- Так в чём же дело?.. или кто-то дома есть?

- Нет, никого, все разъехались давно.

Я сел, посмотрел на Лиру. Не молодая, скорее, пожилая женщина, в глазах играют искорки самой любви и радости. Заря! Выходит я её ищу в веках и нахожу, не узнаю, теряю снова. Решил, что больше не буду искать, не отпущу ни на секунду от себя.

- Я так давно тебя ищу, родная!..

- А я так долго жду - ответила она.

- Иди домой и подожди ещё немного, мне надо кое-что понять и осознать про нас и не про нас, но это очень важно.

В глазах у Лиры появилась грусть, но она тихо повернулась и пошла, как поплыла, а может показалось. Я осмотрелся. Небольшая ёлочка и кедр недалеко иголочками трогают друг друга, чуть в стороне берёзка с клёном шелестят листвой, ближе к дому черёмуха и вишни, а дальше груши, яблони, кусты смородины... Всё как тогда увидел в грёзах своей молодости.

Всё переплелось, но всё прекрасно. Конечно, интересно было знать, как же там, в других реальностях. Подумал, что узнаю. Солнце поднялось уже над горизонтом и набирало силу. Роса растаяла в его лучах, и птицы, прочитав молитву Солнцу, начали день труда, а дел у них не мало было в эту пору, надо детей учить летать и многое другое. Ушла заря, день наступил. Услышал в себе голос.

- Я не ушла, я жду тебя на царском ложе вечно.

- Иду!.. - ответил ей в себе, уверенно направился домой от нетерпения сгорая.

Я знал, что Лира ждёт меня... ждёт в кровати... нет, на царском ложе. К дому подошёл почти бегом. По лестнице не шёл - летел, и знал, что Лира на балконе, а не в комнате. В дверях остановился. Она лежала на диване, почти голая, чуть прикрыта покрывалом лёгким, и глядя на меня, произнесла лукаво:

- Что-то устала я!.. решила отдохнуть...

Я всё понимал и ничего не понимал... это Заря со мной играет?.. "Ну погоди"! - подумал.

- А окна закрываются у нас, что-то Солнце ярко светит?

- Мне не мешает - ответила она.

- Всё равно, пожалуйста, закрой.

В глазах смущенье появилось у неё.

- Я раздетая.

- И что? Тогда придётся мне тебя одеть... раз стесняешься...

- А самому не проще ли закрыть?

- Нет, не проще. - Я сел к ней к ней рядом, на кровать, - может я хочу, чтоб ты закрыла.

- Я придумала, что надо делать, чтобы найти выход.

- Что?

- Не будем закрывать, пусть Солнце нас ласкает, приятны мне касания его лучей.

Лира отпустила покрывало, оголились груди, и два соска как будто в сердце заглянули.

- Хитрая!.. - промолвил я, поняв её маневр, - думаешь, что наготой своей сначала очаруешь, чтоб про окно забыл, потом...

- Сиди, не шевелись, не слушала она меня, - я тебя раздену, чтобы и тебя лучи ласкали.

Села рядом, совсем сбросив покрывало, расстегнула пуговицы на рубашке, сняла её и положила или бросила куда-то. Уронила на диван, стянула брюки. Одним словом, не успел опомниться, остался в том, в чём мама родила. Хотел подняться, но Лира не дала.

- Ты много раз терялся, теперь не отпущу, пока всего не исцелую.

- С чего начнёшь?

- С того, что жизнь даёт всему...

Я провалился в негу, которая волной блаженства по телу разбегалась. Подумал: "Как бы опять не потеряться"?... в себе услышал "Вместе потеряемся"...
                            ---------------------------------------

Когда открыл глаза, почувствовал присутствие чего-то или кого-то. А где же Лира или Заря, но было темно. Рукой пощупал рядом, рука задела чьё-то тело. Это Лира!.. спросил:

- Лира, почему темно?

- Здесь так всегда - ответил голос.

Голос был глухой, как будто раздавался из подвала.

- Надо свет включить, - я встал, пошёл в ту сторону, считал, что там есть выключатель, шарил в темноте, но ничего не мог найти. Стена была сырая и будто мхом обросла.

- Во, чёрт, опять куда-то провалился. Пора заканчивать с воображением играть.

Бросило в холодный пот, вдруг понял, что провалился вновь в реальность тьмы самой. Вспомнил, что потерял Зарю в такой же тьме, быстро повернулся и бросился назад, к кровати или ложе. Хоть бы немного света... Но тьма давила, не пускала свет совсем. Немного отлегло, когда кровать нащупал, сердце стучало сильно. Начал шарить рукой, пытаясь найти Лиру, но не было её нигде. Неужели потерял опять?.. Услышал стон где-то вдали и вспыхнул гневом. Стало светлее чуть. А вот и Лира. Она лежала на полу ничком. Я к ней подскочил и повернул к себе. О, ужас!.. 

На меня смотрела страшная уродливая бабка:
- Поцелуй меня мой милый!.. - оскалилась она гримассой страшной.
- Ты кто? - я отпустил её. Она упала на пол.
- Я твоя Заря! Ты сам меня оставил Тьме в самом начале.
- Зачем? Ведь я послал тебе Любовь свою!
- Любовь твоя Тьму накормила… она силу обрела, ко мне пробился только лучик света небольшой.
- И что? Ведь я Люблю тебя!.. не Тьму.
- Тьма мать твоя и мать моя, её не можем не любить мы.
- А почему ты изменилась?
- Сыну Необходимости я Жизнь дала, и силу и красу свою ему отдала.
- А где же он?
- Разве ты не видел? Он звёздами с Небес Путь указует Сущим.
Я понял всё! Заря собой пожертвовала ради сына и меня, ради того, чтоб свет сиял во тьме и к Свету Путь указывал. Вспомнил, как часто в жизни я смотрел на звёзды. Что там искал? А может, не искал, а ждал, когда Заря займётся. Не думал, не гадал, что у Зари нет сил совсем, и жизнь её на волоске висит. Она меня ждала всегда, а я во Тьму пробившись, стал забывать её, Тьма разум затуманила совсем. Я наклонился к бабке, посмотрел в глаза. Там глубоко Заря сверкнула искорками света.
- Такую ты меня не любишь? 
- Люблю! Ещё сильней люблю!
- Тогда возьми меня отсюда.
- Возьму!.. - почувствовал присутствие кого-то, - я сейчас…
- Не оборачивайся! - крикнула Заря, но я уже стоял спиною к ней. Недалеко перед собой увидел человека в чёрном  и сам он чёрный был, но видел я его отчётливо.
- Вот и встретились Рассвет!
- Ты кто! Тебя не знаю я.
- Я ты! Пока искал Зарю во Тьме, как тень твоя в тебе я зародился. Как часто ты её встречал, но ни когда не замечал. Как часто ей пятак бросал, чтобы она отстала.
- А ты, выходит, нашёл её?
- Нашёл! И у себя укрыл, а Тьма, что наша мать меня укрыла. Теперь ты к нам пришёл, и мы станем единым сыном Тьмы самой, прекрасной и неповторимой.
- Скорей таинственной!
- Да, наверное! Хочешь посмотреть?
- Рассвет!.. не вздумай! - крикнула Заря, - это конец.
Я наклонился к ней, поднял её на руки:
- Нет, это не конец - это начало. - я чувствовал, что должен что-то сделать, пока ещё не понимал отчётливо, но знал… крикнул своей тени или тьме в себе:
- Веди!
- Зарю оставь, а то умрёт совсем, туда куда пойдём мы, дышать ей нечем будет.
- Я воздуха ей дам для жизни.
Тьма начала сгущаться, стала плотной, плотной, давила так, что дух перехватило. Тень вошла в меня, мне полегчало. Услышал…
- Рассвет?.. Сын мой!.. С чем пожаловал?
- Хотел узреть тебя! Покажись же, наконец!
И я увидел! Она во тьме стояла, но была темнее тьмы самой. Боль страшная пронзила тело. смотреть невыносимо было. Тело Зари обмякло на руках, стало тяжелее.
- Зачем Зарю с собою взял? Решил совсем убить?
Заря чуть шевельнулась, застонала.
- Нет! На поклон к тебе принёс. Укрой в себе обоих и свет совсем исчезнет.
Тьма призадумалась. Ей вечно приходилось биться с Ярым Светом, не лучше ли действительно в себе укрыть Рассвета и Зарю, тогда у Яро-Света сил творческих не будет, и он угаснет сам.
- Идите! - Тьма платье чуть приподняла, и я шагнул в неё вместе с Зарёй. Когда платье тьмы укрыло нас, я вспомнил изречение Иисуса - Я и Отец одно!.. но что мы стоим без Зари. К ней наклонился и поцеловал!.. Заря глаза открыла, посмотрела на меня и стала загораться светом. Я с изумлением и радостью смотрел. Она менялась на глазах… вдруг вспыхнула лиловым светом, и загорелся я пурпуром. С Зари слетела шелуха старухи. Во мне вопила тень моя. Через мгновенье, а может через Вечность, кто здесь разберёт, да и не было желанья разбираться, Заря, меня увидев, светом загорелась золотым… от любви ко мне, понятно. “Наверно я красивый шибко!” - подумал про себя.
Она смотрела мне в глаза и улыбалась…
- Рассветик! Мой любимый!
Из меня начали хлопья вылетать. Жалко было чуть, но я терпел, а чё?.. пусть тень во тьму идёт, не к мачехе, а к маме. Вдруг раздался страшный крик и скрежет, будто куском железа били по железу. Это маму жгло, она заплакала видать. Жалко было, но… сама пустила, ведь не пробивался к ней я силой. И вообще, я только-то всего Зарю поцеловал с любовью в сердце, дело молодое.
Тьма нас сжимать начала. Воинов тьма пошли на нас стеной, но как только приближались, с лязгом исчезали. Сначала загорались красным светом и плавились, как в доменной печи железо. Смотреть красиво было, только жалко чуть, им же больно было.
Небеса окрашиваться стали светом золотым и!.. вдруг вспыхнул небосвод всеми цветами радуги, детей Земли пронзая стрелами огня, что очищает. Я взял Зарю за руки, и мы начали кружиться. Тьма вопила, хлопьями праха зарывалась в землю, но… вспыхнула планета, любовью наполняя всё пространство от горизонта и до горизонта! Это Заря занялась в радости Рассвета!
               --------------------------------------

Я начал приходить в себя, точнее не в себя, в Олега. Смотрю, лежу я голый на диване, и Лира рядом. Вспомнил, что мы дома на балконе. Она меня ласкала, а я блаженствовал, в её любви купаясь. Вдруг вспомнил тьму и быстро повернулся к Лире. Она лежала на спине и в потолок смотрела, но так, будто не видела ни чё. Я наклонился к ней, поцеловал... Лира вздрогнула сначала, потом вдруг обняла, заплакала беззвучно.

- Ты чего? - спросил.

- Не знаю!.. будто потеряла часть себя...

- И я!.. - ответил, вспоминая.

Начала голова болеть и я отбросил мысли.

- Нам хватит и того, что не потерялось - опять её поцеловал, и снова вздрогнула она. Я навалился весь, руками груди сжал тихонько. Почувствовал, они тугие стали, как у молодой. Чуть приподнялся, посмотрел в лицо... Удивительно!.. Лира изменилась - разгладились морщинки на лице, в глазах исчезла озабоченность, тревога и в глубине две искорки, как две росинки на траве сверкали.

- Олег?..

- Что милая?

- Ты изменился, стал молодой какой-то!..

Я попытался отшутиться:

- С тобой помолодеешь... ты лучше на себя бы посмотрела.

Но Лира чувствовала, что изменилась, даже мысли изменились. Хотела встать, но я её остановил:

- Потом... ты поласкай меня ещё.

- Хитрый!.. а меня когда?.. - но повернула и стала целовать меня... так приятно было, что мне стонать хотелось. Как с Зарёй, когда по звёздам с ней летал. Только там я сам воображал, а здесь?.. или это тоже грёзы и кажется мне всё?..

Решил проверить. Остановил её и медленно и нежно начал тело гладить, не пропуская ничего. Она глаза закрыла... понятно, что приятно было. Я поцеловал её в сосок, потом в другой, рукой погладил ягодицы... Лира уже стонала, но я не унимался, люблю поиздеваться, тем более, что тело молодое. Лира повернулась, с мольбой в лицо смотрела:

- Рассветик!.. не томи...

Почему Рассветик, ведь я Олег?.. спросил:

- Ты почему меня зовёшь Рассветом?

- Потому что я Заря.

- Тогда с тобой опасно связываться - я чуть отстранился.

- Почему? - Заря стонала...

- Вдруг опять кого-нибудь родишь, а я и знать не буду.

- Если и рожу, ты чё не муж мене?

Я подумал чуть, решил, что ладно, даже если и родится, воспитаю, опыт есть. Навалился на её всем телом, обнял, крепко к себе прижал и... мы в блаженство провалились.
  
                         Глава вторая.

Решили в офис съездить, давно там не были. Вызвали машину. Пока машина ехала, приняли душ, оделись, удивляясь своей вдруг пришедшей молодости. Что это?.. будто помолодели лет на десять, а может больше. Так и не узнают нас... чё делать будем?.. Лира удивлялась тоже, но была довольна и, как девчонка лет двадцати, крутилась перед зеркалом, видно, что ей приятно было чувствовать себя моложе лет на двадцать.

- Олег!.. нас же не узнают... чё будем говорить?

- Скажем, что зелье нашли случайно, думали вода и выпили... а оно вон как получилось...

- И чё?.. ведь все просить начнут...

- Мы скажем, что всё выпили... думали ведь, что вода, чё оставлять то?..

Лира задумалась, вздохнула:

- А чего думать то, не поверят всё равно.

Я это понимал, но искушение сильней показаться вдруг друзьям своим моложе лет на двадцать. Интересно, как отреагируют?.. и почему случилось это?.. Я начал вспоминать про тьму, где был в воображении своём, и про Зарю, и про другое. Какой-то день сегодня интересный у меня, да и у Лиры. Выходит моя старость там осталась, у Зари...

Пока сидел в задумчивости, подошла машина. Мы вышли и направились к машине. Василий, что шофёром был у нас, вышел из машины и дверь заднюю открыл, дожидаясь, когда мы в машину влезем. Вернее, Лира, а я с другой стороны садился и никогда не позволял ему мне двери открывать... я немощный что ли?.. Когда устроились удобно, я посмотрел вперёд, хотел, как обычно, хлопнуть легонько Васю по плечу и сказать - поехали, но его на месте нет. Посмотрел, а Василий всё у дверей стоит и держится, будто боится, чтоб не отвалилась. Крикнул:

- Василий!

- А!.. А-а-а!

- Поехали, а то дверь сломаешь.

Он будто одумался, быстро дверь закрыл, сам же юркнул на своё место и повернулся к нам, уставился в упор, как будто первый раз увидел.

- Ты чё, Василий? - спросил его.

Он сглотнул слюну, невнятно что-то бормотал. Я понял всё. Надо было что-то сказать. Погладил своё лицо, на Лиру посмотрел - молодая стала, но похожа всё равно на Лиру, может больше на Зарю похожа, которая из грёз моих, но он то ведь не знает.

- Зелье выпили случайно, - глупо произнёс, оправдываясь будто... чуть подумал, добавил: - потом всё расскажу.

- А-а-а!.. понятно - ответил, ничего не понимая... - поехали!.. Куда ехать то?

- В офис.

- В какой?

- Да хоть в какой. Хотя!.. поехали в музей сначала.

- Понял, - ответил Вася, и машина тронулась.

По дороге он разговорился, Сначала удивлялся, что нас и не узнать:

- Вы чё мазь иль крем нашли какой-то классный?.. 

- Ну что-то типа... Видал-любовь называется, - ответил я.

- А-а-а!.. чё-то не слышал.

- А тебе зачем? Ты у нас и так вон кровь с молоком.

- Да не... я так, просто интересно.

- Есть ещё крем, который молодого старым делает. Да-а-а!.. наука широко шагает!.. - не унимался я. Шутить хотелось, что попало говорить...

Лира еле сдерживалась, чтоб не засмеяться. Я же был серьёзен, как никогда, лоб наморщил, что бы казаться старше.

- Не, не надо мне! Мне нравится пока быть молодым, - не понимал Василий. - Вот вы в музей поехали, а там говорят такое привезли откуда то...

- Ну-ко, ну-ко расскажи, - заинтересовалась Лира.

- Да я и сам не знаю толком, только говорят, туда зайти, так будто в будущее улетишь... ну и там битвы всякие космические, как на яву... вообщем страсть!.. - подвёл итог Василий.

- И чё, уже работает?

- Нет ещё, да и никто не решился... вдруг чё-нибудь случится.

- И чё. экстремалов не нашлось?

- Нет.

- А ты чё, не экстремал?

- Я чё? Я ни чё... денег много надо только, да и...

- Я дам тебе денег на такое дело, - загорелся я, - только сначала сам схожу.

- Не ходите, вдруг не вернётесь, я же потом без работы останусь.

Я улыбнулся:

- Ладно, ладно, я тебе треть отпишу прежде, как пойду, да и Лира то останется, будешь её возить.

- Нет уж, я с тобой - возмутилась Лира.

- Ладно, - согласился я.

В музее знали нас не все, да и на счастье наше никого знакомых там не оказалось. Василий проводил нас к администратору, и я купил билет, точнее заплатил за то, чтобы в "будущее" заглянуть. Немного удивился, цена действительно кусалась.

Нас подвели к двери. Я посмотрел на Лиру:

- Может не пойдёшь?.. только молодыми стали, а тут... вдруг чё случится?..

- Нет уж, я с тобой, а то вдруг потеряешься опять на пару лет...

Я начал вспоминать, когда же я на пару лет терялся. Раз сказала, что опять, значит терялся, но не вспомнил. Дверь открыл... темно и ничего не видно. Темноты я не боялся и потому смело шагнул за дверь. Лира следом, крепко за руку меня держала...
----------------------------------------------------------------

Твёрдо сначала стояли на полу, но как только дверь закрылась, пол будто начал уходить куда-то вниз и вот я потерял опору и полетел. Лира крепко за руку меня держала… темно!.. не зги не видно.  Подумал: - « Чё это в будущем то так темно»?.. но вспыхнул свет со всех сторон и мы мгновенно оказались на полянке в небольшом лесочке, и такая тишина!.. даже ветра нет совсем. Посмотрел вокруг… красиво!.. Подумал, что действительно, как наяву, но делать что – не знал.

- Давай пойдём куда-нибудь, - теребила меня Лира.

Я подумал, что надо быть героем здесь, раз взял её с собой…

- Интересно, а люди есть здесь?.. 

- Пошли!..

И мы пошли. Тропинка уходила в лес, красиво было, но всё будто искусственное, застыло и не шевелилось. Когда к лесу подходили, сзади шум послышался. Я обернулся, вижу на полянку робот выкатился небольшой, и быстренько поднял бумажку, что я бросил по незнанию, что здесь нельзя…

-Ну вот, заставил робота работать, - сказала Лира.

- Ничего, пусть шевелится, это его… 

Робот «руку» поднял и на нас направил. Я инстинктивно толкнул Лиру, сам сверху пал… И вовремя!.. потому что из руки луч вылетел у робота и в дерево ударил… Дерево упало.

- Вот это да-а!.. – воскликнул и, схватив за руку Лиру, соскочил. и мы быстро побежали в лес. Сзади падали деревья, срезанные роботами или их оружием… Потихонечку всё стихло и мы остановились дух перевести.

- Олег, что это?.. взаправду что ли?.. да и не может в будущем такое быть…
	
Я и сам ничего не понимал, думал это игра… а стреляют то по настоящему, или снится нам?..

Но думать было недосуг, сзади шум послышался опять, дерево недалеко упало. И понял я, что всё равно не убежать, решил идти на встречу. Дал Лире знак, чтоб замерла, а сам уверенно вышел на открытое пространство и пошёл навстречу роботу. Он остановился, руку на меня направил, но не стрелял. Так что правильно я рассчитал, он запрограммирован уничтожать всё, что удаляется.

Так и стоял, как истукан, пока я приближался. Подошёл вплотную, вижу проводок на шее, руку протянул и оборвал его. Робот закрутился, руку опустил и начал падать…

- Вот так вот железяка!.. я ведь человек, а ты всего лишь робот… - но фразу не закончил, как присел от воя. 

Казалось, воет всё пространство, рвёт тишину на части, да такие мелкие, что точно, не собрать потом. Лира уже каталась по земле, руками зажимая уши. Я так же пытался спрятаться от звука, раздирающего саму плоть… надо было что-то делать… Бежать? Куда? И где мы? Если игра?.. то… я понял…

- Олег!.. – кричала Лира, будто пытаясь вой перекричать, - бежим!.. в лес.

Мы побежали. Только-только в лесу скрылись, как сзади взрыв раздался, в том месте, где мы недавно были… и стихло всё… мы ошарашенно вокруг смотрели.

- Ничего-о… повеселились?!.

- Что это, Олег?

- Это не будущее… не наше – это другая квантовая реальность.

- И как же мы теперь обратно попадём? – спросила Лира.

Я, конечно же, не знал, но понял, что самим придётся разбираться.

- Пошли.

- Куда?

Туда, - махнул рукой.

И мы пошли. Деревья были не живые, силиконовые что ли…

- Откуда воздух?.. деревья то искусственные?.. – спросила Лира.

- Значит есть и настоящие, - ответил я, подошёл к одному из них, попытался ветку оторвать.

Когда веточка оказалась у меня в руке… настоящая и живая, дерево, это была берёзка, будто вздохнуло и… листвой зашелестело.

- Живое-е!.. – удивился я.

Пошли, Олег куда-нибудь, - теребила сзади Лира.

Сзади шум послышался опять. Понял, что надо уходить, вот ещё бы знать, куда… Взявшись за руки, мы побежали, но шум не отставал. Вдруг впереди, как из-под земли, появилась девочка. Вижу, что встревожена она, рукой нам машет, к себе зовёт. Мы побежали к ней, тем более ведь всё равно нам некуда идти. Когда приблизились, увидели возле неё подземный ход, в который девочка и юркнула, мы, не задумываясь, следом.

Бежали по подземелью долго. Казалось, очень долго… Наконец, остановились, девочка не села, упала прямо где стояла, к стене прижалась худенькой спиной. Мы пали рядом, тяжело дыша. Немного отдышавшись, девочка спросила:

- Вы как там оказались?

Я не знал, что ответить, поэтому молчал. Молчание затягивалось…

- Тебя как зовут?.. – спросила Лира, чтобы, по-видимому, хоть что-нибудь сказать.

- Снежана, - ответила она, чуть помолчав, добавила, - дочь Рассвета и Зари. А вас?

Я рот открыл… всё вспомнил, что Заря мне говорила, ведь это дочь моя в реальности Зари. Подумал, что как много я ещё не знаю… опомнился и рот закрыл. Негодование в душе возникло, Заря говорила, что у гномов, а она вон… по другим реальностям гуляет.

- Меня зовут Рассвет, - ответил я и маску строгости соорудил на своём лице. Зря конечно, потому что всё равно не видно было, мало света. Девочка встала и приблизилась ко мне, потом на Лиру посмотрела, тихо прошептала:

- Во, попала!.. теперь папа с мамой всё узнают, ведь есть же связь… мама говорила.

Я услышал…

- Попала, точно! Ты почему шляешься по другим реальностям?.. а мама думает, что ты у гномов.

- А я у гномов!.. правда!.. Ионий прибежал, грит, там железяки человеков убивают… вот я и побежала.

Подумал ласково: « Видать в меня пошла. Этак скоро по вселенной шастать будет, не только по мирам»… сказал:

- Ладно, не скажу… только она то – показал на Лиру, - тоже вроде, как мамочка твоя?!.

Лира сидела, ничего не понимая. Я ей объяснил, что это дочь наша в мире мыслей наших, квантовых реальностях.

- Это когда мы с тобой ещё не встретились в мире очевидности, ты мечтала дочь родить от витязя любимого… Вот!

- И что? – она спросила.

- А ничего, ты мечтала, и я тоже и действовал, таскал тебя везде и всюду, как идеал, откуда же я знал?.. всю вселенную с тобою облетели.

Лира даже рот открыла:

- А я то думала, что это так свободно о вселенной говорю и думаю.

- Да уж!.. процитировал строчки из её стихотворения, - 

Летит вселенная – орлица,

Всё дальше в Беспредельность мчится,

А с нею звёзды вереницей

Вперёд стремятся, словно птицы…

Надо было что-то делать, как-то выбираться в свой мир. Я понял, что мы попали в миры того, что мы своими Мыслями зовём, спросил у Снежи:

- И что теперь?.. от железяк спасла, а дальше то что делать?

- К маме надо идти, она знает… может быть?..

- Как это?

Снежана посмотрела на Лиру…

- Чё мамочка сидит, как клуша, пусть воображение подключит, вот мама, которая Заря и объявится через неё. Вечно у неё разлад с самой собой, никак не могут научиться жить везде, и там, и там, везде и сразу…

- А ты можешь?

- Мне не надо, я здесь родилась, так что проявляюсь, где хочу.

- Хочу-у?.. шляюсь?.. я вот тебе пошляюсь…

Но Снежана не смутилась даже:

- Интересно же, чё люди мыслят. Бывает иногда, такая ерунда-а-а… - она замолкла вдруг, с опаской глядя на меня.

- Рассказывай, рассказывай!.. а лучше введи нас в курс, чтобы я понял и начал ориентироваться, - где, например, наши тела?

- Там они остались, в вашем мире, а здесь тоже ваши, но как бы вы вышли из машины… Там ваши тела, как доспехи для человеков настоящих, - объяснила Снежа.

- Так!.. Хорошо!.. А железяки?

- Да какой-то придурок книгу может быть написал или просто вообразил.

- Идиот!.. а мы то как туда попали?

- Откуда я знаю… я то ведь во многих мирах бываю.

Мне интересно было всё, но было стыдно… немного, перед ребёнком глупость и незнание свои показывать.

- А если бы нас роботы убили, то это не по-настоящему?

- Больно было бы, всё по настоящему, но от человека зависит, очнулись бы, но в другом мире.

- А-а-а!.. – не понял я.

- Когда убивают, жуть как страшно, но по-настоящему. Потом в очевидности долго отходят, как в кошмарном сне. Бывает, забывают всё.

- А ты откуда знаешь?

- Видела. Вас тут немало шляется… сонные, как мухи зимой.

- А чё сонные то?

- Так ведь мечтать и то, не все умеют, а что-то пытаются изображать. Вот ты ничего, шустрый.

- Ты мне льстишь?

- Не-е! Только часто уезжали или уходили, и… вот я и приспособилась по реальностям бродить.

- Ладно, ладно, больше не буду уходить, веди домой, вместе шастать теперь будем по мирам. Ты мне покажешь всё.

- Ладно, покажу, - воспряла духом Снежа.

Лира что-то стала вспоминать из своих фантазий, лицо и тело начали меняться, не сильно, но заметно. Насторожилась Снежа.

- Во, кажись, мама идёт, которая Заря!..

- Не иду, уже пришла, - строго сказала Лира, на Олега – Рассвета посмотрела мило, улыбнулась, глубоко вздохнула: - Пошли домой.

Не успел я рот открыть, а мы уже возле ручейка у дома, и русалка сидит на берегу. Меня увидела, обрадовалась, рукой машет. Я подошёл, ей руку протянул, поздороваться решил. Она протянула мне свою и… дёрнула к себе. Я неуклюже полетел в ручей… Забыл о вредности Невады… Сзади Заря со Снежей весело смеялись, смеялась и Невада. Я, ошеломлённый, неуклюже начал выбираться, когда выбрался, самому стало смешно. Хорошо!.. хоть и мокрый, но не плакать же, сам виноват… простофиля.

Потянулся, солнце грело хорошо, день стоял прекрасный. Приветливо в саду деревья шелестели. Было так уютно и радостно, что мой… то есть наш мир такой прекрасный.

- Э-эх!.. если б люди знали, что себе готовят?.. кто рай, кто ад, а кто так вообще… не понятно что, - тихо произнёс, наслаждаясь запахами, звуками природы. И мне в дом не хотелось… хотелось сесть под сенью кедра с елкой и вдыхать прекрасный аромат хвои. Рядом журчит ручей, на берегу русалка песенку поёт. Она хоть и вредная чуть-чуть, но ничего, без неё уж как-то неуютно было бы. 

Я смотрел на Снежу. По земному ей лет двенадцать было. Красивая, как мне казалось, голубые очи, ресницы, как у куклы барби, губы средние бантиком и носик небольшой. Как в мечте моей, похожа на дочь, что на земле, только та уж взрослая совсем.

Мы с Лирой любили детвору. Много было на земле, а в мирах, так и не счесть, наверное. Она в стихотворении своём писала, что хочет десять ребятишек, а на земле то девять на двоих… Понятно стало, почему Снежанка здесь родилась… десятая, видать. А мне так хоть двадцать, веселее жить.

Я почувствовал, что что-то происходит, ни как не мог понять сначала, будто втягивает в пустоту, как в вакуумную бочку. Понял, что это кто-то в нашем мире возвращает нас назад. И что?.. Лира… или Заря… какая разница?.. почувствовала так же.

- И чё теперь?.. исчезнем полностью от вас?.. – спросил у Снежи почему-то.

- Нет!.. но в тела-машины вернётесь, забывать начнёте… Нет!.. Тьфу ты… не знаю, как сказать. Короче, когда ты в теле и вне тела, то есть здесь и там… Ты, который там, теряешь много… да и я теряю-ю… твою наивность, может быть. Мы там в виде мыслей проявляемся у вас. Только бывает, мыслите вы примитивно и не допускаете в себя, - ответила за Снежу Лира… или Заря.

- Понятно!.. что не понятно ничего. Зачем всё это?.. надо будет разобраться на досуге… Я пошёл!.. а ты иди со мною на веранду, вижу, что устала что-то ты… - я улыбнулся и заговорщически Снеже – так жди меня, я щас часто буду приходить… вместе шляться будем… по мирам.

Очнулся на полу. Свет горит, кругом народ толпится. Где-то недалеко сирена скорой помощи, к нам едут, видать. Я сел, осмотрелся, рядом Лира лежала на полу, глаза закрыты, а улыбается… Я тоже улыбнулся. Ощущение какого-то раздвоения, будто один к дому иду с Зарёй и Снежей, а другой на полу сижу придурком, и врачи с носилками бегут.

Тихонько толкнул Лиру, она глаза открыла, тоже села и улыбается по-идиотски. К нам санитары подошли с носилками, берут меня за руки, другой за ноги.. Я возмутился:

- Вы чё, рехнулись?.. или как?

Те отступили,  на нас смотрят, как на только что воскресших.

- Отдыхали мы… устали в будущем бродить.

- Заблудились, - добавила Лира, встала и начала отряхиваться.

Недалеко стоял Василий и с восхищением на нас смотрел. Подошёл директор, я его знал, да и он знал нас хорошо, спонсоры ведь мы… начал извиняться:

- Я накажу-у!.. всех накажу!..

- За что?

- Как за что?.. – с удивлением уставился на нас.

Я встал, тихо ему сказал:

- Не пускайте пока туда никого, а вас прошу уделить нам пару минут.

Директор опять засуетился:

- Прошу вас, в мой кабинет, - и уже всем остальным: - всё, всё, расходимся друзья, инцидент исчерпан. Всё хорошо.

Я на ходу Василию сказал, чтоб подождал в машине. Он исчез, хоть и видно было, что сгорает от любопытства.

 В кабинете у директора я сходу начал говорить:

- Вы где это купили?

- Так не купили… это один техник всё устроил.

- Какой это… техник?

- Да тот, что не работает нигде. Ходит, то кому отремонтирует машину, то свет проведёт… он, вообще то, хоть и выпивает иногда, но золотые руки у него.

- И что? 

Директор посмотрел с опаской на меня.

- Я же вам звонил, что музей будущего хочу устраивать.

- Ну?

- Он и говорит мне: давай, мол, вам комнату будущего устрою. И денег мало запросил… совсем мало… вот я и сдался, говорю ему, что, мол, делай, только, чтобы точно, как в будущем люди побывали.

- И что? Где он?

Директор замолчал… я не торопил. Наконец, заговорил:

- Он исчез.

- Как это?

- Однажды пришёл утром и говорит: всё, сделал, мол. Щас, говорит, схожу, всё уберу и… принимай работу. И ушёл.

- И что? Не томи, Евгений. – Так звали директора.

- Уже обед прошёл, а он так и не появился. Мы открыли двери, а комната пустая и нет ни кого. Я ещё подумал, что вроде и не сделал ничего, только какие-то фонари в стенах со всех сторон.

- И чё, включали?

- Нет. Записка на полу лежала, что бы не включали ещё два дня. Вот сегодня третий.

Я чуть подумал, пытаясь осознать хоть что-то, но в голову не лезло ничего, только мысль жужжала где-то глубоко : Не перевелись, видать, самородки на Руси. Да уж, не перевелись. Только вот куда исчез? Надо будет выяснить со Снежей. Тряхнул головой… показалось и сам схожу с ума… будто нет меня, где-то в другом месте и… здесь одновременно.

- А вы чё такие молодые стали? Не уж то повлияло, - спросил Евгений.

- Вот именно, повлияло, - подошёл к большому зеркалу, и осмотрел себя, - да уж!.. как теперь на люди выходить?.. – посмотрел на Лиру, передо мной Заря стояла, женщина в рассвете сил, стройна, прекрасна… кровь с молоком, только платье чуть запачкано.

Евгений зачарованно на нас смотрел. Я ему сказал:

- Ты пока не пускай туда никого. Надо как-то понять всё, а уж потом… нас вон чуть сначала не убили, ладно девочка нам помогла… Всё, как в реальности, только чётче. Там есть всякое, и ужасное и прекрасное, надо разобраться… убивают то по-настоящему.

- А-а-а?..

- Не веришь?.. сам сходи, только можешь не вернуться или память потерять. Вот так. Вызови учёных, физиков, пусть разберутся с этими лампами, или лучше пусть меня найдут, я им всё объясню, может и что-нибудь поймут.

Я взял Лиру… или Зарю… за руку и увлёк из кабинета. Чувствовали, что меняемся… думаем как-то по-другому, и ещё уверенность какая-то появилась, и словно крылья выросли, казалось, что стоит поднять руки и в поднебесье улетим. Лиру понимаю без слов, да ведь вместе уже больше десяти лет.

- Не десять, а тысячи уже мы вместе, - вдруг она проговорила.

- А-а-а?.. – опомнился и потерял дар речи, глупо на неё смотрел. – Ты кто сейчас?

Лира обняла меня и тихо произнесла:

- Дома скажу – улыбнулась, стреляя глазками.

В офисе, конечно, нас не узнавали… вернее, узнавали, но поражались молодости нашей или нашему внезапному преображению. Я ещё подумал, что вот чего удивляются, и надо то всего, так это сбросить тень с себя, к себе домой отправить. Вспомнил, какие битвы шли в компании за власть и за влияние, да и за всё, что внимания не стоило. Эх, как ещё несовершенны люди. Половины тех, с кем начинали, и нет уж с нами. Всё хотели что-то доказать, лидерство своё. В итоге и остались у разбитого корыта. Немного жалко было, но жизнь есть жизнь, не могут люди жить общиной, чаще по принципу – я и всё остальное, а надо бы – я во всём и всё во мне, ведь всё, что вижу, слышу, всё через меня проходит. Иначе как можно хоть что-то осознать? Чё-то на философию потянуло… но мысль не желала уходить.

Что же выходит? Всё, что вижу, слышу и даже люди все, встречаюсь с кем, через меня, то есть через мой мир Зари проходит… Так это Чё?.. Иногда, бывает столько пакости пускаю в мир Зари-и!.. У меня даже волосы стали дыбом подниматься…

- Какой ужас!.. – за голову схватился.

- Вот-вот, - Лира вставила… добить, видать, совсем решила.

- Всё, больше не буду никуда ходить, ни с кем общаться, буду лучше по чужим мирам шататься.

- И так явил себя немало где – опять Лира подцепила.

Я ужаснулся… это ж надо и в чужих мирах успел нашкодить за жизнь свою немало. Во, попал и некуда бежать.

- Надо исправлять свои ошибки, пока не поздно… - сказал себе, а может Лире.

- Вместе пойдём, - улыбнулась она мило.

Интересно, я в ужас прихожу, что понял, а она ещё и улыбается?..

- Не может, но не плакать же, да и люди кругом. Ты в офис то зачем пришёл? Чтобы покаяться, так в церковь надо.

- Не, в церковь не пойду, дома покаянием займусь… постой, а ты чё, мысли слышишь что ли?..

Но договорить не дали нам. Подошла Эльвира, она работает в отделе кадров кем-то, забыл… а может нет. Помню, что когда с ней познакомились впервые, такой духовно сильной нам казалась… Книги о морали нам давала. Книги, конечно, неплохие, но видели в них каждый то, что для себя хотел – это потом открылось. На этот раз, она обратилась не ко мне, и я был рад этому и не обиделся нисколько.

- Лирочка-а!.. – и рот открыла, дыхание , видать, перехватило от чего-то, потом дышать не равно стала, будто не вдыхает воздух, а ртом его хватает. Я подумал про себя тихонько… боялся Лиры, вдруг мысль мою услышит… неудобно: «Интересно, как у неё в ментале»?.. И!.. О боже!.. Тихо, тихо подошёл к столу, стул нащупал, пододвинул, сел и… провалился. Появилось ощущение, что я раздвоился – один точно сидит на стуле идиотом, зато другой…

Сквозь лесные дебри пробираюсь. Ветер в кронах воет. Кажется, порой, что вот-вот деревья поломает. Но куда иду?.. Вижу тропинку небольшую и пошёл по ней. Чуть погодя, открылась взору поляна, она была большая, и дом стоит на той поляне огромный просто. Кругом строители… что-то не получается у них, ветер, видать, мешает. Решил помочь, что-что, а строить я умел. До дома было метров сто, но ветер… даже не ветер, а ураган почти, с ног сшибал. Но я упорно двигался. На встречу выскочил вдруг пёс огромный, с рычаньем кинулся ко мне. Я увернулся, он мимо пролетел. Из дома выбежала женщина с ремнём… или плетью. Сначала строителей начала бить за что-то, плохо работали, наверное… И вдруг увидела меня и на меня, я к дому подходил уже.

Вообще то, я не трус. Тем более, здесь женщина. Что-то знакомое мелькнуло в чертах её лица, но вспоминать не стал, потому что было не до этого уже, вот-вот ударит. Конечно, я удар перехватил, схватив её за руку. На лице у неё появилась гримаса досады, которая в ехидство превратилась вдруг. Ах!.. Что-то не то!.. 

Понял, почувствовал, что пёс сзади возвращается, вот-вот шею перекусит. Что ж, понял – значит победил, так говорил себе всегда. И в последний миг руку отпустил и в сторону просто упал, думать некогда. Пес прыгнул на меня тогда, когда я ещё стоял, но не было меня и не остановить уже прыжок. Он налетел на женщину, сбил с ног, та закричала дико. Я вскочил в следующее мгновение, под руку палка подвернулась и с силой ударил пса по голове, думал, раз кричит, надо спасать. Пес упал как-то смешно, перевернулся и завалился на бок. Подошёл к женщине, отбросив палку и руку протянул, что бы помочь подняться, но она соскочила, меня толкнула и рядом с собакой пала. Плачет, причитает и на меня со злобой смотрит.

Э-эх!.. я повернулся и пошёл, но не к лесу, а в сторону небольшого селения, что невдалеке виднелся. Понял, что здесь ментал, мир мыслей, только не мой, но я здесь, видать, уже бывал. Решил уйти совсем и больше никогда не приходить сюда не на яву не в мыслях. Пёс – это порок, видать, какой-то. Как всё же люди себя любят. Это они так только думают, что себя, на самом деле – свои несовершенства и пороки.

Решил, что надо будет в себе поковыряться и, по истине, себя найти, что б возлюбить себя, не ошибиться. И понял вдруг, что если Лиру-Зарю любить не перестану, значит и не ошибусь. И почему возникла мысль такая?.. Интересно!..  но чувствовал, что это так.

Надо ехать домой, а то что-то день сегодня никак не удаётся.. Сижу на стуле идиотом. Хотел подняться, но не дали. Молодёжь кругом. Начал вспоминать… Ах, да!.. лекция сегодня у меня, даже не лекция, просто беседа. Они любили беседовать со мною на любую тему. Я встряхнулся, мигом лоб наморщил, на Эльвиру покосился. Она сверкает на меня глазами… видать завидует, что мы моложе лет на десять, а то и больше, стали. Вижу, и у неё разгладились кое-какие морщинки. Видать, пса то неплохо приголубил. Вспомнил, что череп треснул вроде.

Ребята смотрели с интересом на меня, да и не только с интересом, с вопросом в глазах. Я подошёл к Эльвире, взял её за руку… она вся напряглась, но я не отпускал, увлёк её к большому зеркалу, просто увлёк и всё, оставил там. Она мельком взглянула на себя, хотела было отойти, но… посмотрела пристально уже…

- Ух ты-ы!.. – только и сказала и посмотрела на меня недоуменно.

Я промолчал, Лира подошла:

-Вы что?

- Эльвира охраны лишилась… вот и помолодела сразу, - посмотрел на Лиру, - дома!..

Я подошёл к ребятам, предоставив женщинам всё обсудить самим. Ребята были разные, некоторые совсем дети, другие чуть постарше. И наши дети были здесь же, и так же нас не узнавали. Я руки поднял, успокаивая всех:

- Всё расскажу ребята, пойдёмте в зал… - вдруг осенило, - а лучше поехали домой, ведь лето.

Мы быстро собрались и двинулись домой… По дороге я полностью всю инициативу Лире передал в разговоре с Васей, сам же в воспоминанья углубился. Появились мысли о том, как трудно создавалось наше общество. Почему? Все прекрасные идей почему-то все в штыки встречали, даже если хуже делали себе. Казалось, что туман какой-то витает в атмосфере плотный, плотный. Намёки, подозрения, угрозы… может быть мне это даже помогло. Я тогда умом работал, искал выход. И почему же всё? Да просто всё – борьба за власть и за влияние, всё не могли ни как от старых мерок отойти, хотя мне было понятно хорошо, что низ равен верху в век познания, и методы пора менять. Простые люди иногда знали и умели больше, чем выскочки и прочие отбросы истины самой.

Маленький Армагеддон, назвал я время то. Тогда создал проект выхода компании из тупика, но его даже не посмотрели, какое-то тупое и безосновательное отрицание, просто потому, что это не их проект. Хорошо, что принял президент, он был не глупым человеком, даже умён, но устал тогда чуть-чуть. Всё к нему валили, всю грязь везли, как только выдержал?.. удивляюсь иногда.

А после, когда приняли проект, сколько грязи было брошено в меня. Хорошо ребята молодые помогли, да из малых городов прекрасная поддержка шла. Я их успел очаровать… вернее не я, а Лира, а я с краешка приткнулся, зато видно было лучше, кто есть кто. Вспомнил и то, как общество притихло на «мгновенье», а потом будто взорвалось…

                  Глава третья.

Ох!.. Будто снаряд взорвался или граната. Я упал, прикрыв голову руками. Подумал, что надо осмотреться, понять, что происходит, но свистели пули густо над самой головой. Краем глаза увидел угол дома, примерно в трёх шагах. Надо туда, а то убьют, да и осмотреться можно будет. Напрягся, как пружина и пулей прыгнул. В следующее мгновение был уже в укрытие. К стене прижался быстро, пули свистели, и не было возможности даже выглянуть, чтоб посмотреть. Бегло осмотрелся, где я? Немного с боку дом большой стоял, из окон вдоль улицы стреляли, меня могли спокойно подстрелить, но не стреляли, решил, что это наши. 

Пытался вспомнить, но от напряжения только разболелась голова, контузило видать. В окне соседнего дома увидел женщину, она рукой махала. Я побежал, заскочил в подъезд и встретился в дверях с… Надеждой!.. Вспомнил!.. Всё вспомнил!

- Надя?.. Как ты здесь?.. надо уходить…

- Да, да!.. – посмотрела на меня, - ты ранен?

- Так… пустяки!..

- Нет, нет, сначала тебя перевяжу, - увлекла меня в квартиру чью-то полуразрушенную, усадила на диван.

Рубашка прилипла к телу, красное пятно всё больше становилось. Надя тихонечко сняла с меня рубашку, принесла воды, одеколон:

- Сейчас, сейчас… потерпи.

Я терпел, не больно было. Хотел было даже постонать немного, но… вдруг обожгло, я вскрикнул, больше от неожиданности. Это Надя одеколон к ране приложила.

- Ничего, ничего, Слава, рана не тяжёлая, даже кости не задело.

Я, конечно, успокоился, хоть и не расстраивался сильно… Надя нежно перевязывала рану, порвав простыню на ленты. 

- Вот!.. теперь можно идти. Ты сможешь?

- Погоди, надо осмотреться.- Я встал и подошёл к окну. Выглянул…

Вижу в глубине двора десяток человек с оружием, кто с пистолетом, а кто и с автоматом. Надя подошла ко мне, спросил её:

- Ты как здесь?.. Не собиралась вроде…

- Это ты не собирался, а я здесь со вчерашнего дня ещё.

- Чё, жить надоело?

- Так ведь…

- Понятно, - перебил её, - дан приказ, ему на запад, ей в другую сторону!..

Она, было, опять рот открыла, но я опять не дал ей ничего сказать:

- Нет уж!.. если ты в другую сторону, то и я в другую сторону. Вот!

- Так это… я с тобой хочу!.. 

- Тогда ладно, - обнял её легонько, - буду просто петь – уходили добровольцы на гражданскую войну. Вместе хоть на запад, хоть в другую сторону. – Улыбнулся, на пол две гранаты положил, проверил автомат.

- Тебе бы всё шутить…

- Какие уж тут шутки. Вон видишь, противник в тыл заходит, а наши не видят ничего. Хорошо, что вовремя пришёл. Спрячься куда-нить, я маленько повоюю, они в аккурат не ожидают, какой сюрприз их ждёт.

Я видел, что противник сгруппировался в подъезде дома, напротив, и понял, что позиция не выгодная, и они сейчас начнут в наш подъезд перебегать. Вот про этот сюрприз я и говорил. Взял одну гранату, автомат и к дверям, чтобы встретить их в подъезде. Вдруг со второго этажа раздался выстрел, и… шквал огня по нашему подъезду.

- Во как!.. - кинулся назад в квартиру. Пули ложились густо, рикошетили от стен. Надя прикрывалась руками, но разве прикроешься?.. но обошлось, не задело…

Немного погодя, утихло всё.

- Кто там, на верху?.. – спросил у Нади.

- Евгений.

- А-а-а… тогда понятно!.. – сплюнул, - вот и повоюй с такими. Э-эх, надо в партизаны уходить… Самому группу собирать или, вообще, одному… - посмотрел на Надю, - А Надя?

- Да-а!.. – согласилась Надя.

- Тогда пошли. – Я начал вставать

- Куда? Убьют ведь?

- Нет. Мы их обхитрим. 

- Как?

- Щас увидишь.

Надя ухватила за руку меня, смотрела как-то загадочно…

- Подожди! Сказать тебе хотела…

- Что?.. – почему-то прошептал.

- Ребёнок будет у меня-я…

Тяжело она дышала, я тоже задышал немного… или много тяжелей. Ком какой-то к горлу подкатился. Сглотнуть хотел, но никак не мог. Вижу у неё глаза слезами начинает застилать… Наконец отправил ком обратно, внутрь себя и даже улыбнулся.

- Ну вот и хорошо!.. теперь нас трое и нам самый страшный враг не страшен.

Шум на улице услышал вдруг, толкнул её к стене, а сам к дверям, сходу выскочил в подъезд, открыл огонь, охватывая всё вокруг периферийным зрением. Двое поднимались на второй этаж, двое в дверях и на улице?.. кто знает. Которые в дверях, сразу пали, ведь я стрелял на поражение, одного успел на лестнице зацепить, он вниз свалился. Другой успел уйти, скрылся на втором этаже. Подумал, что там Евгений разберётся… может быть.

На улице шум не утихал, не разбираясь гранату бросил, а сам в квартиру и вовремя, взрыв на улице раздался, крики, стон… Мы с Наденькой к стене прижались, надо было чуть передохнуть… В окне кто-то появился… пулю получил. Интуиция включалась у меня в моменты критических ситуаций, казалось, будто и слышу, да и вижу всё, сквозь стены. Подскочил к стене и выбросил последнюю гранату. Раздался взрыв и всё утихло.

Осторожно выглянул и вижу, двое убегают, дал очередь из автомата, но не прицельно.

- Ушли!..

- Кто? – как эхо откликнулась Надежда.

Повернулся к ней и вижу, она сидит у стенки с пистолетом, но он на меня направлен.

- Убери пушку то, а то папу убьёшь, чё ребёнок будет делать без отца?

- А-а-а… - убрала.

- Чё не стреляла?

- Я… я… хотела… ты вперёд меня.

Я улыбнулся и поморщился одновременно. Улыбнулся Наде, а поморщился?.. чё-то рана заболела.

- Надо уходить.

К Наде подошёл и руку протянул. В её глазах увидел ужас. Всё понял… резко упал, прямо на неё, пули просвистели над самой головой. «Вот и всё»… - подумал, поняв, что всё равно добьют, не успею защититься, ладно хоть Наденьку прикрою, пистолет то у неё в руках, успеет учухаться…

- Стреляй! – шепнул.

Сзади выстрел прогремел и шум падающего тела. Медленно стал подниматься, не веря, что всё ещё живой. Повернулся и увидел в дверях Марию.

- А вы то как здесь? – удивился.

- Так бой идёт, вот я и пробралась.

- А остальные где?

- Там – рукой махнула, - нос высунуть боятся, всё на подмогу надеются. Танки вызвали… вот и ждут.

- Да-а?.. – я понял, что Мария мне жизнь спасла, - Мария-а!.. спасибо, что в нужном месте оказалась в нужный час.

- Да ладно…

И опять в подъезде шум. Я уже оправился полностью, оттолкнул Марию и выскочил в подъезд.

- Не стреляйте, не стреляйте!.. это я.

Со второго этажа бежал Евгений, автомат в руках…

- Ты чего?.. откуда?.. думал тебя достали, когда обстреливали дом.

- Не-ет…

- Тогда чё этого не встретил – показал на труп.

- Он в другой квартире был…

Я всё понял, спрятался Евгений, отсиделся.

- А чё стрелял из пистолета?.. автомат в руках…

- Я своих предупреждал.

- Понятно, - я сплюнул, что-то начало тошнить, от потери крови, наверное. Кровь сквозь повязку просочилась.

Евгений подбежал ко мне и заговорщицки заговорил:

- Танки скоро будут, надо только притихнуть… укрыться, переждать.

- Ладно, пережидай… - закружилась голова, я начал падать, сознание куда-то побежало, ладно Надя подскочила, удержала, не дала упасть. Помню, улыбнулся ей, хоть и всё плыло, как в тумане.

- Когда родишь? – тихо прошептал, но ответа не расслышал, потерял сознание.
        -------------------

Медленно в сознанье приходил, всё ещё кружилась голова. Открыл глаза, Зарю увидел… Интересно.

- Чё ты натворила? Я же говорил, что с тобой опасно связываться.
Она смотрела на меня с каким-то удивлением, рот было открыла, что-то сказать хотела, но я её опередил.

- Ладно, ладно, муж ведь!.. будем воспитывать.

- Олег, очнись!..

Я очнулся, вижу, сижу в машине возле дома своего, соображаю, где я. Что-то сегодня всё перемешалось. Рядом кто?.. Лира или?.. Наконец, сообразил, что уснул в машине, пока ехали, а сейчас проснулся. Молодёжь кругом… Посмотрел на Лиру или Надю?.. 

- Надя!.. так когда ребёнок будет?

- Я не Надя, я Лира. Надя там, где война.

- А-а-а?.. – не понял я, - а ты чё, в моём сне была?

- Нет. Сам утащил меня. Как в музее побывали, всё перемешалось. 

Я очнулся полностью, чуть потянулась, хотел выйти из машины. Василий вдруг заговорил:

- Вы как в музее побывали, какие-то чумные стали.

Я посмотрел, уже полностью проснувшись, ответил сразу обоим:

- Не-е… это зелье… крем… который видал-любовь называется, так действует. Грят, от бесплодия жуть как помогает хорошо. Намазать не успеешь, как обрастёшь детишками со всех сторон.

- Как это? – не понял Вася.

- Просто. Пока глядишь налево, справа уж ребёнок за рубаху тянет, - на Лиру покосился, - вот тебе Василий, сколько ребятишек надо?

- Пять!.. – не думая ответил Вася, расплываясь в улыбке предвкушения.

- А почему пять то?.. – не понял я.

- Не знаю, - честно признался он.

- Понятно, - опять на Лиру покосился. Она сидела какая-то… не земная что ли и глупо улыбалась.

- Мне жениться надо сначала.

- Не, не надо. Видал-любовь купи, с ног до головы этим зельем оботрись и враз обретёшь детишек… пять!.. – показал на пальцах, сколько.

- Как это?

- Посмотришь на девчонку, какую-нить и жди сынишку, посмотришь на другую – доченька готова.

- Нет, нет, не надо мне. У меня невеста есть.

- Тогда не покупай, зелье страшное, не только молодит, - толкнул Лиру, - очнись… у тебя то всё в порядке?

- Не знаю-у… я уже ничего не понимаю.  

- Ладно, пошли… Зарю спрошу при встрече… и отлуплю – посмотрел на Лиру, - ну ладно, отругаю.

- А Надя?..

- Какая Надя?.. – не понял Вася, - мою девушку зовут Надежда.

- Всё, Василий, поезжай быстрее к ней, а то на войну сбежит, как Лира…

- Куда?.. – опять не понял Вася.

- Ну-у… не на запад, а в другую сторону.

- Олег Григорьевич!.. вы чё-то точно, какие-то не такие…

- Не слушай его, Вася, а к Наденьке своей езжай.

Я вылез из машины, обошёл, Лире открыл, помог ей выбраться, хотя, конечно, она и без меня могла, но хотелось рыцарем в её глазах казаться.

Когда Лира вылезла, меня спросила:

- А Надю не убьют?

Я внимательно на Лиру посмотрел, ведь и правда там была… со мной, выходит, в моём сне… значит и не сон это совсем.

- Не-ет, не убьют, Слава не позволит, увезёт куда-нибудь.

Больше нам поговорить не дали. Как только отъехала машина, нас окружила молодёжь. Дочь наша меня спросила:

- Вы чё так изменились?

- Как? – не понял я.

- Помолодели – кто-то вставил.

Лира хотела им ответить, но я её опередил:

- Видал-любовь вкусили - и пояснил, - такое зелье… в саду нашёл, кто-то подбросил, видно.

- Папа-а!.. чё смеёшься?..

Я вздохнул.

- Ну ладно, расскажу. В музее в будущее провалились. Там комнату такую сделали, вот мы и решили… первые туда сходить.

- И чё?

- Там нас поймали, в карантин определили… ну это в ихнюю больницу. К столу привязали, и давай с нас грехи, они их вирусом невежества зовут, током выбивать. Лира вон плакала, даже рыдала – жалко ведь грехи то, а я, понятно, что смеялся. Больно было, но терпел… Вот!.. Грехов зато совсем не стало, сейчас всех люблю. Скоро, видать, совсем ребятишками весь обрасту.

Лира толкала меня в бок.

- Олег! Перестань…

- А чё?.. Вон Василий знает, что ему пять надо, значит больше и не будет, а тебе и десять мало… выходит, вот и помолодели, - улыбнулся я.

- А тебе?.. – Лира спросила.

- Не знаю. Не думал никогда об этом.

Посмотрел вокруг, народу много собралось, но вижу, что не верят и чувствуют моё лукавство, чтобы не ответить…

- Ребята, не терзайте!.. чтобы я не рассказал сейчас, не поверите. Примите просто так, как есть. Одно скажу, что не в музее, а до этого ещё, там нас роботы чуть не убили по-настоящему. Снежана, девочка такая в будущем есть, нам помогла. А то, что с нами случилось, так мы и сами пока не понимаем, рассвет встречали и вот, оказия случилась. Лучше пойдёмте в сад, может, и разберёмся со временем.

В саду устроились кто где.

- О чём поговорим? – спросил.

Загалдели сразу все…

- О любви!.. О любви!..

- О любви?.. не-ет… от любви родятся дети, а у нас их и так вон сколько – посчитал, - раз, два, три, четыре… не все?.. ладно, сколько есть, не суть… лучше поговорим о жизни. И сразу версия: это дорога от нуля к вершине. Кто имеет мнение другое?

Самая молоденькая девочка сказала:

- Я имею…

- Хорошо, Лена, говори.

- Это движенье, поиск вечный.

Я вспомнил, что и о любви она то же самое когда-то говорила.

- Так это же любовь, иль не твои слова?

Но Лена ничуть не растерялась.

- Значит, жизнь и есть любовь!
 
- Твоими бы устами, Леночка… у кого ещё какие версии?

Игорь откликнулся, как-то грустно произнёс:

- Это бег с препятствиями.

- И препятствия растут, конечно?

- Да! Не только растут, непроходимым буреломом на пути встают.

Обратил внимание на то, что Игорь образами начинает мыслить, что хорошо. Ему лет двадцать пять уже, чуть-чуть поколотила жизнь. Рано отца лишился, пить начал, пока к нам не попал случайно. У него была девушка, но ушла… кому охота каждый день на рожу пьяную смотреть. Сейчас вроде оттаял, но не полностью ещё.

- Кто ещё так думает?

Пятеро ребят были солидарны с Игорем и почему-то одни девушки. Одна совсем ребёнок, всего шестнадцать лет.

- Света, а у тебя то что?.. тоже бурелом непроходимый?

- Да-а!.. чуть не расплакалась девчонка, - Паша меня бросил.

- Паша?.. – я поискал глазами Пашу. Нашёл. Прячется за ёлочкой, думает, не вижу. Я улыбнулся, - выходи, выходи на божий свет, будем судить тебя сейчас.
- Я чё?.. я ни чё… она сама…

- Чё сама? Из кармана выпала? А чё тогда она говорит, что бросил?

- Дак…

Вижу, что растерялся парень, значит, помирятся, да и неважно это, в детстве нужны такие маленькие встряски.

- Иди, иди, подбирай, что бросил – улыбнулся я опять.

- Так я ни чё… я сам хотел.

- Вот что ребята, давайте сначала я вам свою версию расшифрую.

Стали все пристраиваться поудобней, они любили слушать мою версию обо всём и я начал говорить:

- Жизнь – это дорога от ноля к вершине. Ноль – это и не ноль совсем, а точка во времени и называется рождением. Сначала мы все учимся, но это хорошо и плохо…

- Почему?.. – спросила Лена.

На неё зацыкали.

- Хороший вопрос, Лена. Сама то как считаешь? Почему решила, что жизнь – движенье, поиск вечный?

- Маленькая была, папа так говорил.

- Это хорошо, что он у тебя такой жизнелюбивый. А плохо потому, что не сказал, что это его мысли, а не твои. Мысль прекрасная, конечно, но ведь бывают и другие.

- Тогда чё, не слушать что ли?

- Почему не слушать?.. да это невозможно. Надо сделать мысль своею, понять, прочувствовать и осознать… Помнишь, первый раз пришли сюда?

- Да.

- Ты обрадовалась красоте, ещё воскликнула тогда, что как прекрасен мир…
Лена смутилась.

- Забыла.

- Вот видишь, если мысль твоя, то и в голове не остаётся, а всё потому что с детства всё забито не нашими шаблонами, канонами и прочим огородом. Хорошо, если хорошими, а если плохими? Они ведь все, рано или поздно, заявляют о себе.

- И что делать?.. – спросила Алёна, одна из тех, кто согласилась с Игорем.

- Ты замужем? – вопрос застал её в расплох, потому не обманула.

- Не-ет… муж ушёл – заплакала Алёна вдруг.

- Во! Это хорошо! Свадьбу пора играть.

У Алёны слёзы высохли мгновенно:

- Какую?

- А вон, Игорь, тоже холостой, - посмотрел на Игоря, - а Игорь?

Он смутился и даже покраснел.

- Вот. Это твоё смущение! Наконец то удостоился тебя узреть, а то всё больше на твой бурелом смотрел и на твой, Алёна.

Она опять заплакала.

- Я не знаю, как мне быть.

- Я и говорю, что сходитесь и городите вместе, веселее плакать будет.

Установилась тишина сначала, потом кто-то не вытерпел, спросил:

- А что делать то?

Я головою помотал…

- Э-эх… опять совета ждёте… конкретного, чтобы ещё один канон в сознание впихнуть. Представьте гору, вы у подножья, а вам надо забраться на вершину. Есть дорога, но там толпы людей, все хотят идти по наезженной дороге. А ещё есть тропы горные, кое-кто по ним идёт. Труднее, но зато не тесно и не толкается никто. А вот и альпинисты!.. те на прямую прут – помолчал немного, - теперь подумайте, кто где идёт?

- По дороге, в основном, - ответил кто-то.

- И что, легко идти?

- Да нет, пожалуй. Каждый норовит вырваться вперёд.

- Вот-вот, как у нас в компании сначала, кто глупее, тот и лез.

- А вы не так? Вы как альпинист?

- Похоже?

- Вроде нет. Да и по тропам не похоже… да и по дороге… Как?

- Я не иду – озадачил всех.

- Чё, стоите? – спросил Вадим.

- Нет, и не стою. Я подумал, что зачем идти, когда я на вершине был, есть и буду, пусть всякие умники идут, раз придумали себе дорогу, да бурелома наломали – покосился на Игоря… - непроходимого.

Опять установилась тишина…

- Так вы и не живёте будто?

Я посмотрел, спросила Алёна, помолчал ещё, отметил, что это хорошо…

- Живу! Как раз, живу, а не строю огород, чтобы потом прыгать, как сайгак, я же на вершине и мне всё видно, да и никто жить мне не мешает.

Лира всё это время стояла рядом, что-то сказать хотела. А я и забыл, что она рядом, увлёкся, даже в себе немного удивился, как же я мог забыть…

- Лирочка!.. – удивлённо произнёс, как будто первый раз увидел за много-много лет, - ты здесь?..

- А где я быть должна?.. 

- Как где?.. Дан приказ, ему на запад… Ах да!.. я же тоже в другую сторону…

Она вызывающе даже как-то посмотрела на меня.

- Вот ты и есть один из тех… умников…

- Не-е – я не смутился и не обиделся нисколько, - я из этих… Вот!.. – обнял её, привлёк к себе, вдруг замер…

- Ты чего?

- Ах!.. Бежим скорее!.. а то нас сейчас съедят!.. все проголодались ведь…

Лира дёрнулась сначала, но… опомнилась, толкнула меня… но не сильно.

- Чё мутишь?.. – засмеялась весело, - кто мне поможет на стол собрать?..

- Разумеется мужчины.

- Нет уж – загалдели девушки, - мы управимся без вас.

И девушки ушли. Я краем глаза уловил взгляд Игоря и понял, что свадьбе быть.
        --------------------------------

	Когда обедали, я видел нетерпение Вадима. Интересно ему было что-то, да и многое не понял. Вообще – то, сразу и понять, конечно, невозможно, но кто-то из них задумался, а кто-то нет, и задумываться не будет.

- Говори Вадим, вижу, что разум твой терзает что-то.

- Я всё думаю, что если на вершине вы были, есть и будете, то остальные почему идут?.. Да и всех за собой пытаются увлечь…

- А остальные не идут.

- Как это?

- Они так считают только, вот и мучаются, строят буреломы.

- И я, выходит, не иду?

- Ты?.. Ты идёшь.

- Как это?.. – опять ничего Вадим не понял, - все стоят, а я один иду?

- Нет. Все идут.

Все даже кушать перестали, смотрели на меня. Я видел, что все ждали пояснения. Они, вообще то, привыкли к таким разговорам, больше игру напоминает… Я знал, что пояснять не буду, и потому, одни подумают, что я шучу, другие попытаются забыть, но найдутся и такие, что попытаются понять, начнут в себе копаться, исследовать себя, а это то, чего я добивался. Знал я, что бесполезно говорить и объяснять словами, если нет возможности всё показать, и дать попробовать на вкус.

Лена первая заговорила после короткой паузы.

- А если я приду на гору и другие, то ведь тесно будет?

- Столкну, что б одному остаться – ответил я, - да и не придёт никто, пока идёт.

Лира недовольно смотрела на меня

- Скучно не будет?

- Некогда скучать, вон вас сколько и кроме много есть чего, Заря, Надежда, например, Слава и другие… Одно скажу, вершина то одна, только у каждого своя…

- Вы так непонятно говорите – сказала Света. Она сидела рядом с Пашей… подобрал, видать.

Алёна встряла:

- Олег Григорьевич, пожалуйста, объясните, а то ночь не усну теперь.

Игорь с интересом на неё смотрел. Я подумал, что всего одно мгновение в саду решит дальнейшую судьбу обоих. Удивительно!.. почему не замечают люди?.. Моментом Истины зову мгновения такие, которые решают и определяют всё, а почему?.. Да потому что мгновенья эти и есть Вечность, то есть то, что есть, вообще. Всё остальное лишь самообман, мистики иллюзией зовут.

Я точно знал, что Игорь и Алёна вместе будут, потому что их любовь родилась в Вечности в виде этого Мгновенья жизни, которое и есть та Вечность, что спрессовалась в мгновение одно, взгляд, слово, действие… не важно, и знал, что будет у них супружеская жизнь прекрасной, насыщенной, богатой. Это даже и жизнью не назвать в том понимании, как мыслят люди. Одни считают жизнь потоком, другие думают дорога, а у них?.. не поток и не дорога, просто в Мгновение, что Вечность посеяно зерно любви, которое теперь расти начнёт, пока не станет бесконечностью самой. Конечно, сначала надо ухаживать немного, поливать, пропалывать придётся… зато, когда окрепнет древо, никакие бури не страшны.

Подумал, что вот если сейчас рассказать об этом, то хуже будет, начнут ухаживать за маленьким ростком, завалят от страха удобрением или водой зальют… И я решился показать…

- Ночь не уснёшь ты не потому Алёна, что непонятно, а потому, что на вершине побывала. Не шла и не карабкалась, а… и Игорь побывал…

Установилась тишина такая, что будто звон колоколов в ушах звучал. Игорь встал… чумной какой-то…

- Вот это да-а!.. Вот это да-а!.. – вылез из-за стола и к выходу пошёл из дома, всё повторяя одну и ту же фразу. На него никто не обращал внимания, и я молчал… видел, что на вершине все… не шли, а оказались, и понимал, что истина для них открылась. Конечно, забудут многое за суетой житейской, но состояние преследовать всех будет… Состояние, которое учёные небытием зовут, другие пустотой извечной, третьи просто Есмь. Только вот что каждый из них узрит, то сбудется беспрекословно.

- Красота везде и мир прекрасен!.. – громко произнёс.

Все вздрогнули, даже волна создалась, которая опрокинула стаканчики, что на столе стояли, салфетки, словно птицы по веранде разлетелись и все очнулись будто, загалдели, как воробьи в саду. Смех раздался, кое кто начал вставать… Я на Лиру посмотрел, Зарю увидел, она будто говорила мне:

- Ты же отлупить меня хотел?.. вот я!.. 

- Потом – вслух ответил ей.

Она насупилась, будто обиделась, что не отлупил сейчас…

Лена смеялась громче всех, счастливая, будто все желания её сбылись, подумал, что ведь так и есть, в таком свете всё прекрасным видится.

- Олег Григорьевич, а чего Игорь убежал?.. – смеясь, она спросила.

- Он, Лена, пошёл плакать – ответила ей Лира.

Лена смеяться перестала.

- Почему? Вроде так всё хорошо.

- Это у тебя всё хорошо, ты почти ничего не потеряла, а он лишился бурелома… сколько работы и в пустую.

Алёна встала и со слезами на глазах побежала к выходу.

- А она то что?..

Я посмотрел ей вслед, понял, что к Игорю пошла…  найдёт его в саду и…

- Тоже многого лишилась, вроде и груз не нужный, а по-человечески то жалко.

- А-а!..

Я ещё раз посмотрел на всех, видел, что равнодушных нет, кому-то грустно, а кто-то смеётся, это они потом об этом думать будут. Пока не понимают, что думать то как раз не надо, начнут описывать и… э-эх!..

- Пойдёмте в сад, ребята, я вам расскажу, как мы в грядущем с Лирой побывали. Обещаю, что всё, как на духу…

- Ура!..

- Здорово!..

- Пойдёмте!..

И мы вышли в сад.
       -----------------------------------

В саду никто и ничего не узнавал, изменилось будто всё. Кто-то вскрикнул в изумленье:

- Какая красота!.. а я не замечал.

Кто-то добавил, руки раскидав, будто пытаясь мир обнять:

Как прекрасен день!.. – быстро руки опустил, видать, смутился от порыва чувств, стал озираться и… удивительно!.. никто внимания не обратил. Напротив, все поражались дивной красоте вокруг. Я посмотрел на Лиру, а это и не Лира, а Заря. Слева небольшое озеро, к нему ручей бежит, и заводь небольшая, а на берегу… Ух ты!.. Невада!.. Думал, что вижу один, нет, смотрю, все видят, смотрят на неё, не понимая ничего.

Я сначала тоже ничего не понимал, но, посмотрев на Лиру, понял, мир нашей мечты, точнее, мир Зари здесь проявился. Подумал, что я то здесь ведь не Олег – Рассвет… Сын мой Саша к русалке подошёл, не трус видать, руку протянул, чтобы потрогать… через секунду барахтался в воде, пытаясь выбраться на берег. Лира засмеялась весело… кто-то рядом тоже засмеялся, оглянулся, вижу Снежа… Тут я полностью опомнился, всё понял, нахмурил лоб и Снеже:

- Циц!.. чё над братиком смеёшься, это ведь я тебя ждал, а родился он… почти что близнецы…
 
- Так это потому что с мамой не можете полностью соединиться.

- Лучше помоги ему, чем смеяться.

Она захлопала в ладоши и побежала, но вместо того, чтобы помочь, упала и увлекла его обратно в воду. К ним Невада прыгнула и… куча мала… Лена побежала в озеро, смеясь, за ней другие ребятишки, бегали, смеялись, плескались, веселились. Да и мы не отставали. Вволю набесившись, упали на траву, кто где.

- Как хорошо то – сказала Лида, ещё одна дочка наша, - ой!.. а это кто?..

Я посмотрел на небо, там Горыныч кружился в высоте, что-то кричал, но никому не страшно было, вдруг птицей дивной обернулся и начал к нам спускаться. Возле калитки увидел бурелом… Здорово!.. это же все наши миры в один соединились. Крикнул Игорю;

- Игорь, убери же, наконец, свой бурелом.

Вспыхнул бурелом мгновенно и исчез.

Игорь возле меня стоял:

- Что это, Олег Григорьевич?

- Не Олег я здесь, Рассвет, да и тебя не Игорем зовут.

- А как?

- А как бы ты хотел?

- Владимир.

- Вот так и зовут, и громче, чтобы все услышали, - ребята, здесь мир мыслей наших, а может не совсем так, но истинный мир. Как сюда попали, непонятно, только не портите его ни чем – не грустью, не завистью, не страстью. Отдыхайте в радости, сами с собой знакомьтесь, если что-то неприятное, меняйте, здесь всё возможно, дома в очевидности другими станете, и ни о чём не спрашивайте – посмотрел на Лиру… или на Зарю, вспомнил, что отлупить грозился, а мы с Зорюшкой в дом пойдём, что-то она устала сильно…

Засмеялась Лира, убежала в дом, я следом, но она исчезла. Я бегом по лестнице и на мансарду. Так и есть, Заря лежала на диване и раскидала руки.

- Ты чего?.. – спросил…

- Устала, сам же говорил.

- Устала-а?.. Ты лучше оправдание ищи.

- Какое? – будто не поняла…

- Почему Надежда?.. 

- Так это не я, ты сам решил, что если будет девочка, то…

- Понятно… теперь хошь не хошь, беречь придётся.

- Не бойся, там Яросвет не даст в обиду.

- Яросвет?.. Это ж папа?.. 

- И да и нет!.. Ты же сам сказал, что я и отец – одно…

- Да? Всё равно, зачем война, вроде не придумывал?

Я задумался, вспоминая, когда я воевать начал, вроде не хотел…

- Город, это и не город вовсе. Это компания, как город, ты сколько бился в ней?.. не на яву, а в мыслях, всё сохранить от разрушения пытался.

- Но ведь город старый рухнул, и потом, что это разве не сейчас?

- Нет, это в начале… иначе в прошлом. Сейчас там новый град растёт и расцветает, и сам Яросвет его лелеет.

Я сел рядом на диван, бесцеремонно Зарю отодвинул.

- Ты чё, всех заманила?

- Не я, ты всех сюда привёл, на вершину затащил и бросил в красоту и мир прекрасный.

- Ух ты!.. Выходит красота и мир прекрасный – это наш мир.

- Не только, всё прекрасное у всех в единство слилось и это называется АУМ.

Я наклонился и обнял Зарю.

- Ты чего?.. народу столько… - возмутилась будто Зорюшка моя, - сам же всем сказал, что бы не пускали страсть.

- Да, сказал, но это чтобы в этот мир, но есть и нижние миры… - я улыбнулся.

- Как это?

- А вот так – я засмеялся, и… мы оба будто в пропасть полетели.
      ------------------------------

Прижал Зарю к себе, так крепко, что бы не потерялась. Помню из юности, что часто исчезала, отключился на мгновенье. Лежу в траве, смотрю на облака. Облака лиловые какие то, не белые. Но почему?.. или от Солнца отражаются. Повернулся… Ух ты!.. Солнце есть, но сиреневое почему-то, будто кто цветок сирени, большой, большой приклеил к небосводу. Я вскочил и огляделся, искал Зарю глазами… неужели потерял опять?.. но увидел!.. не Зарю, а девушку прекрасную с венком цветов на голове… и голая совсем.

- Как звать тебя здесь, любая моя?.. – спросил её.

- Так и зовут, Любовь – ответила она.

- А почему ты голая?

- Тебя ждала, любимый.

- И что?

- Ты так решил, что б здесь тебя встречала я в раздетом виде.

Я пытался вспомнить, когда я так решил…

- Когда было тебе двадцать лет.

- А-а-а – я вспомнил, - но почему ты слушала меня?

- Потому что люблю!

- А платье где?

- Там, - она рукой махнула.

- Так одевай.

- Не буду. Здесь тепло всегда, да и чё я при тебе то одеваться буду? Опять исчезнешь, а я и налюбиться не успею, лучше раздевайся сам.

- Ну ты и наглая, - я удивился, но рад был очень, что Любушка мене в любви призналась. Мне не верилось, что женщины бывают вот такие, все прихоти везде и всюду исполняют. – Так не бывает, Любушка. Не верю я, что рай найти возможно.

- Рай нет, но то, что выше рая, можно, мы всегда находим и опять теряем…

- Но почему?

- Сам же сказал когда-то, что идём, а надо просто быть.

- А здесь мы на вершине?.. и кто ты тогда, вообще?.. Почему всё знаешь, а я нет?

- Потому что сознание очевидности застилает память, Лира не помнит тоже. То, что фантазией казалось, и не фантазии совсем, в Беспредельности есть всё, а не только то, что было, есть и будет. А на вершине мы?.. Как только ты спросил об этом, так и вершину потерял.

Я понял, что мы проходим вечно через вершину, что Истиной зовётся, находим и теряем вновь, и это люди называют жизнью.

- Я помню, что здесь Огонь меня зовут, но…

- Опять ты сомневаешься… вот потому не можешь полностью себя узреть. Вспомни, как в двадцать лет проворен был в фантазиях своих.

- Почему сейчас так скован?

- Потому что думаешь, что есть добро и зло и меряешь по этим меркам. Например: считаешь, что если я раздета, то стыдно быть должно, а раз мене не стыдно, значит наглая, и падшая… вот так во всём цепочка создаётся.

Я головой встряхнул, будто сбросил груз какой-то и вспомнил то, когда мне было двадцать лет.

- Выходит, ты одна здесь обитаешь, ведь я не создавал других людей, ну или совсем почти? Каким же эгоистом был…

- Нет, не одна. Я то ведь тоже существую и даже может, именно здесь причина вашей жизни на земле?..

- Да, да!.. Я помню, знаю, понимаю… ты одна, когда я рядом, - чуть подумал, - а рядом я всегда.

Взял её на руки и во дворец понёс, который появился, как из под земли, но подумал: «Зачем он нам, раз здесь всегда тепло»… дворец растаял. Я нежно положил Любовь в траву, тело было нежное и мягкое, оно притягивало, как магнит. Когда я навалился на неё, то стал в ней растворяться, проникать в неё, но возмутился почему-то, видать не всё земное отлетело. Любушка упругость обрела, я руку положил на грудь, почувствовал блаженство в сердце. Не знаю почему, , но больше всего, во всех мирах любил прикосновение такое. 

Интересно… когда успел раздеться, голый оказался, а может, был, только не заметил раньше. Я знал, что буду делать всё, что захочу, и всё прекрасно будет, потому что здесь нет двойственности разделенья, нет добра и зла, нет того, чего нельзя, но и того, что можно, тоже нет. Здесь даже радости не существует отдельно от меня, да и любви, здесь Любушка и есть любовь. Как просто всё… Как только я скажу, что я есть, то исчезаю сразу, если говорю, что я люблю, то исчезает Любушка моя, здесь не думать, не говорить, здесь ни чего не надо, тогда всё обретаешь.

Я потерял себя, в любви купался, радовался в Радости и целовал Любавушку свою, точнее поцелуй её. Исчезло всё. Она исчезла, я исчез, планета, звёзды, осталась лишь, и… боль в боку, но почему?..

              

Глава четвёртая.

Я медленно открыл глаза. Болела голова, в ней будто кто отстукивал морзянку «… и ты начал описывать и кончилось блаженство». 

- Ох!.. – вскрикнул, повернувшись.
 
- Слава! Слава! Не шевелись… 

Я и так не шевелился. Почувствовал, что Надя нежно рану гладит мне, какой-то мазью мажет.

- Где мы?

- Дома, дома.

- Как сюда попали?.. – но Надя не ответила, а я подумал, что какая разница, чё спрашиваю зря.

- Чё там?

- Ничего, танки пришли, все разбежались. Сначала сопротивлялись, но сейчас спокойно всё.

- Так и спокойно?

- Во всяком случае, нет битвы, ушли в подполье, может быть. Ты полежи один пока, а я схожу, узнаю.

- Иди, только осторожней будь.

Надежда вышла, а я лежал и думал о ребёнке, что Надежда носит и представлял, какая шустрая, проворная девчонка будет. А почему девчонка, сам не знал. В голове слова звучали, и я не знал, откуда шли навязчивые мысли. Слова потихоньку стали исчезать, будто терялись в пустоте сознанья. Осталось лишь одно – «описывать… описывать»… но что описывать, не знал, хоть и очень знать хотел, так сильно, что сознанье потерял, но ненадолго, потому что очнулся в следующее мгновение.

Сижу в саду прекрасном, птицы вокруг песню любви поют, в цветах пчёлы жужжат, кругом просто идиллия, хорошо, будто в раю. Вдруг кто-то упал мне прямо на грудь. Я инстинктивно отскочил. Вижу, чёрный кот перед глазами, ходит по траве, мурлыкает себе, косится. Кот, как кот, боится подойти, но и не уходит. Я шагнул, чтобы погладить, но он ощетинился, не подпускает. Оглянулся и понял, что провалился в чей-то мир опять. Пытался вспомнить, о ком или о чём подумал перед тем, как потерял сознание… и вспомнил.

Осмотрелся, вижу. Дом прекрасный, и на крыльце сидит мужчина, с подозреньем смотрит на меня.

- Ты кто?.. – спросил.

Я не ответил. Мужчина встал и угрожающе пошёл ко мне.

- Я заблудился – сказал, чтобы сказать хоть что-то.

- Как это, заблудился?

- Я уйду, не гневайся владыка.

Я не знал, почему я так назвал его. Просто имя не хотелось почему-то вспоминать. А назвал владыкой, по-видимому, потому, что на голове корона царская была водружена. Она была великовата, и потому мужчина голову платком красивым обвязал, как чалмой, что бы корона на плечи не упала.

- Как звать тебя?.. – строго, как монарх, спросил мужчина.

- Слава – ответил кратко.

- Слава?.. – рассмеялся псевдо царь, - мне слава не нужна, я в ней купаюсь.

- Но я тебе её добыл. Или не помнишь?

- Ты? Когда? – он вспомнил и вдруг закричал: - Нет!.. Я всех предупредил тогда… кот сзади угрожающе шипел.

- Я ничего… остановись, не нервничай, напротив, я пришёл с поклоном.

Мужчина стал оттаивать.

- Ладно, говори.

- Решил я царство наше осчастливить.

- Не надо - перебил меня мужчина, - я счастлив и все близкие мои, а ты, если счастье хочешь обрести, иди к монаршему двору, там проси… может что и подадут, ха-ха-ха… - рассмеялся, повернулся и пошёл, с порога дома с презреньем крикнул: - Так что Слава, лучше сиди без славы. Зачем тебе? Ты ведь не для себя стараешься, а для своей Надежды. Пусть лучше она надеется, может, что перепадёт обоим.

- Ей перепало – я ответил.

Мужчина замер:

- Что?

- Я Слава есть у неё, и у нас ребёнок будет, дочь.

- Как это? Я не знал… - он повернулся, подошёл ко мне, - ты вот что, вези её в монарший двор, пусть там рожает.

Я понял, что мужчина, называющий себя владыкой, боится брать ответственность и не решает ничего, страх сердце гложет.

- Ладно, как хочешь. Только ведь я тебе хотел авторитет поднять.

- Нет, нет!.. не надо.

Он по наивности своей считал, что авторитет и слава может сверху только исходить. Как интересно – царство есть, но нет в нём никого, кроме самого монарха.
    -----------------------

Кто-то тряс меня, пытаясь в чувство привести

- Слава, Слава!.. очнись же, наконец.

Я сел, оглядываясь по сторонам, Надя стояла рядом и была обеспокоена.

- Что случилось?.. – спросил.

- Там опять стреляют.

Подумал, что надо уходить. Скорее всего, нас ищут.

- Ты как?.. –спросила Надя.

Бок, конечно, ещё болел… или нет?.. Рукой потрогал, крови нет, засунул руку под рубашку… рубец?.. Посмотрел на Надю, живот уже большой….

- Чё как?.. – не понял я, о чём она спросила.

- Надо уходить, ищут тебя.

- Зачем?

- Не знаю.

- Вот что – я окончательно опомнился. – ты иди, уходи из города в деревню, я отвлеку и догоню тебя.

Надя заплакала:

- Всю дорогу так, чуть что, уходи.

Я нежно посмотрел, сердце заныло у меня, но грустить было некогда, на улице шум раздался и стрельба. Надо было уходить. Я взял Надежду за руку и увлёк по коридору. Голоса внизу по лестничной площадке… надо вверх. Поднялись на пару пролётов и к лифту. Какое счастье!.. лифт был здесь, только бы работал. Слышу, что в квартиру уже ломятся. Хорошо, что дома никого нет, всех отправили в деревню. Вот мы уже в салоне лифта, я нажал кнопку первого этажа, приготовил автомат… Лифт, казалось, опускался очень медленно. Прошли свой этаж, там в дверь квартиры всё ещё ломились, но понял, что не открыли. Потому что, как откроют, взрыв произойдёт…

Ух ты!.. встряхнуло весь подъезд в тот момент, когда открылась дверь у лифта. Дал очередь из автомата, выскочил из лифта, падая и на ходу стреляя. Надя не отставала. Мы кинулись к выходу, но предварительно я выглянул на улицу. Из соседнего дома по подъезду огонь открыли беглый.

- Во, попали!.. сзади вот-вот начнут спускаться, а впереди… - понял, что не прорваться с Надей и делать что, не знал. 

Хотел позвонить в первую попавшуюся дверь, чтобы укрыть Надю… Но из квартиры слева выглянула девочка, машет рукой. Думать было некогда, мы просто нырнули к ней в квартиру. Надежда тяжело дышала.

- Как ты? – спросил её.

- Нормально – ответила она, но я то видел, что не так.

Посмотрел на девочку с вопросом.

- Пойдёмте, на кухне нет решётки на окне, там и выйдем, со двора не видно – она с жалостью смотрела на Надежду.

- Тебя как зовут?

- Лена.

- Спасибо, Леночка большое, только и тебе с нами надо, не простят тебе, что помогла нам.

- Да, да!.. я вас к Володе отведу, он вас спрячет.

Она хотела выпрыгнуть в окно, но я её остановил, сам выглянул сначала. Вроде тихо… Вылез, помог Надежде, Лена следом, быстро через задний двор перебежали и через арочный проход вышли на улицу. На улице, как всё вымерло – не людей и не машин. Плотно прижимаясь к домам, пробежали два квартала, и Лена увлекла во двор опять. Как только оказались во дворе, нырнула в первый же подъезд, поднялись на второй этаж. Видел, что у Нади силы были на исходе…

- Милая моя!.. Любимая!.. ещё чуть-чуть, сейчас укроемся и отдохнём, - успокаивал её, как мог, - Леночка, далеко ещё?

- Пришли, пришли, родненькие, - она громко застучала в дверь.

Открыли сразу.

- Володя!.. спрячь нас!.. ищут по всему городу… убить хотят.

Он недоверчиво посмотрел на нас.

- Лена, я же говорил, чтоб никого… - но, живот увидел у Надежды… - быстрее, заходите.

Мы быстро втиснулись в квартиру. Когда вошли в зал, Надежда пала на диван без чувств. Я рядом присел, силы кончались и у меня. Подумал про себя, как же Надя выдержала?.. Если что-то ещё, то точно, не уйти… придётся бой последний принимать. Вот только детей подставим… но надо надеяться на лучшее, отдохну немного, Надю оставлю, а сам уведу их куда подальше, решил и стало легче.

Посмотрел на Володю. Он был старше Лены, года двадцать два, а может больше, грустные глаза, но взгляд упрямый. Он тихо подошёл, взял у меня из рук автомат, поставил у дверей, спросил:

- Вы за кого?

- Они ни за кого, их все ищут – Лена ответила за нас.

- Вот как!.. А почему?

Лена посмотрела на меня, но у меня кружилась голова, и я терял сознание, тихо клонясь к Надежде. Ранили, видать, а я и не заметил.
   -----------------

Когда очнулся, уже осознанно и понимал, что происходит путешествие в самом себе. Вот только что-то ещё никак не сознавалось, где настоящая реальность?.. здесь, где Лира?.. или где Заря?.. Надежда?.. Когда я в мире грёз, этот мир грёзой становится… 

Я встал и подошёл к окну, в саду ребята веселились. Они были, поистине, как дети. Начал разбираться дальше. Здесь в мире проявленном, как назвал ту очевидность, где Олег и Лира, последовательность существует жизни, а в непроявленном, похоже, нет её, но почему?.. И почему проявленный и непроявленный, ведь и в других мирах реально всё, быть может, даже больше или только для тех, кто достаточно развил воображение своё. Воображение играет роль единения себя, своих миров, в себе. Вот и воображение, как понятие, меняется по смыслу. Это не придуманное, а усмотренное из других октав Реальности, и у кого оно развито лучше, тем чётче выход и осознание…

 Выходит, те лампы в комнате будущего играют роль выравнивания всех миров в один. Там мы выходим в мир, который мыслим в тот момент. Если не мыслим, попадаем в первый попавшийся. Тогда… а как же тела?.. Хотя, что это я… тела в каждом мире свои, хотя оно одно и то же. Просто в каждом мире своя проекция тела одного и здесь тоже только проекция… Всё, загрузился, пора и отдохнуть, а то поедет крыша. Зафиксировал в сознании одну деталь. Когда мы попадаем в грёзы?.. когда жизнь не последовательно осознаёшь, а будто к точке всё устремлено во времени, а не из прошлого в последовательности в грядущее. 

Сзади Лира подошла… или Заря… и обняла меня. Я вздрогнул, обернулся к ней и улыбнулся:

- Ты чё меня пугаешь?

- Я не хотела. Ты лучше скажи, почему сегодня изменилось всё?

- Ну, думаю, ещё не изменилось всё, но… я не знаю, если честно. Думаю, что к этому Земля давно идёт, вернее, шла. Сейчас не только мы, все почувствуют, хоть и не понимают ничего. Постой, постой… а ты разве не Заря?

- Нет… а может?..

- Вот-вот, в себе поглубже покопайся, может и поймёшь, если Зарёю станешь…

Лира покопалась, но ничего не накопала. Я тоже покопался, но не нашёл Рассвета, видать остались в поднебесье или в небесах совсем. Решил без помощи себя свои реальности понять. Здесь мысль последовательно шла, от события к событию, то есть от причины к следствию через искание. В мире мысли всё не так… скорее, беспорядочно у многих, ведь чаще мысли человека мечутся в пространстве, да и во времени, как белка в колесе или птичка в клетке. А почему? Да потому что придумали расстояние и время, а в мире мыслей нет их. Тогда как же ориентироваться?.. ведь такое нагородить возможно, что не расхлебать совсем, а если в рамках человечества…

Тут осенило. Видать Рассвет спустился чуть поближе. Выходит, что мир проявленный осадком мыслей стал для нас, что проходя через вибрации тел плотных, возбуждает или вызывает то, что мы чувствами зовём. Миры мыслей, проходя через наш мир, от соприкосновенья возбуждают чувства или выражаются чувствами, то бишь оживают, наполняются красками звучаний…

Из-задумчивости вывел вдруг зазвонивший телефон. Я взял трубку. Звонили из музея. Евгений предлагал приехать, собрались специалисты и учёные, с нами хотят поговорить. Я на часы – время было пять часов. Конечно, лето, долго не темнеет, но не хотелось ехать в город. Евгений же настаивал.

- Если не приедете, то к вам всех отправлю – кричала трубка.

- Отправляй, мы здесь им кое-что ещё покажем, только без прессы… а то, как рыбы станем.

- Как это? – спросила трубка. Мне показалось, что у трубки даже низ чуть-чуть повис, вот-вот отвалится совсем.

- Ну не как рыбы… тогда, как партизаны.

- Какие партизаны?.. – опять не поняли в музее.

- Ну те, что в Белоруссии, понятно.

- ?.. Всё, ждите.
   ---------------------------

Мы сели ждать, но нам не дали. Ребята прибежали, Лена первая и прямо в лоб:

- Вы отдохнули?.. очухались?.. я так за вас боялась.

Мы ошарашенно на них смотрели.

- Ой!.. Лена подошла к окну, - вот это да!.. я думала, по-настоящему…

- Что по-настоящему?.. – спросила Лира.

- Не знаю-у… мне казалось, что я не я… а может я?..

Я понял. Лена, та девочка, что нас к Володе отвела и спрятала. Выходит и у неё всё проявилось, но у неё нет такого разделения, потому что нет суеты ещё и всех других иллюзий мира, всё воспринимает как бы вместе. 

- Это ты!.. конечно ты. Спасибо, что помогла нам?.. – поспешил её я успокоить.

Теперь уже она смотрела на меня недоуменно. Это, как проснувшись, понять, что всё, что было, только сон. Остальные тоже ждали, на веранде собралось уже немало ребятишек и все чего-то ждали.

- Вы чего?.. – не понял я, но никто мне не ответил. Я понял, что все ждут объяснений, но объяснения чего?

- Мы только что будто на небе побывали. Что это? Почему? – за всех спросила дочь.

- И что?.. – не понял я.

- А я на войне была ещё и вам… или не вам?.. там помогала… - добавила Лена.

Я понял, что каждый из них не только в реальности Зари себя узрел, но и в других реальностях… Решил всё перевести на Лиру, как никак женщина, выкрутится…

- Вот что ребята, вам Лира объяснит, а мне надо идти, щас учёные приедут, - тяжело вздохнул, - терзать меня начнут. О-ох!.. придётся потерпеть. – Я встал и к выходу направился, а по пути ворчал на всякий случай: - Знал бы, что так всё обернётся, не в жисть не стал бы зелье пить.

- Какое зелье?.. – спросила Лира.

Сдала меня своим вопросом. Ох и хитрая!

- Ну кремом… видал-любовь который… - пытался выкрутиться.

- И крема нет такого – опять Лира меня остановила. Видать добить решила. И чё все женщины жестокие такие, сначала все прихоти готовы исполнять… а потом за это бьют. Если бы я знал, что говорить?.. но надо говорить, и я заговорил:

- Мы все попали в миры мыслей наших, наших чувств и состояний. Вот!.. – я замолчал, довольный, что объяснил.

- Это что?.. на небо значит?..

- А Снежана кто?.. ведь она была реальной.

- Дочь наша в мире мыслей.

- А-а!.. – никто ни чего не понял.

- А я то думала, что там ангелы и… демоны в аду.

- Есть там и ангелы и демоны, только у каждого свои… наверное. Мы жизнь в этой реальности построили последовательно, потому и как бы изолировали себя от истинной реальности. Живём, как в комнате кривых зеркал и в себя же кидаем камни, а они не поражают отражения, а отскакивают к нам обратно. 
- А как надо?

- Надо жить в центре всегда, тогда сможем проявляться и быть, где пожелаем, в тысячах реальностей одновременно… как Лена, она не сознавала разницу сначала между грёзами и явью, всё одно, просто была там, где была.

- А почему мы ангелов и демонов не видели?.. – кто-то спросил.

- Потому что мы другими стали.

- Это потому что на Вершине побывали?.. – спросил Вадим.

- Не только. Я и сам пока не знаю, всё сегодня утром началось. Просто мы пока знакомимся сами с собой, а далее, то, что осознаём, как мир мыслей, всё больше проявляться будет. Увидим мы и ангелов и демонов ещё… а может нет – подумал… - зачем нам?.. Главное ребята, как понимаю, надо нам всё объединить, создать симфонию из мыслей и из чувств, каждый сам в себе сначала, а далее объединять миры начнём.

- Как это? – Игорь спросил, что с Алёной рядышком стоял.

- А вот зачем нам ваш бурелом непроходимый? Вот и убирайте, раз нагородили, нечего надеяться на нас.

Игорь опустил глаза, стал оправдываться:

- Мы уберём, - и вдруг, как обухом по голове: - Олег Григорьевич, а Надежда кого родит?

- Какая?.. – но опомнился, - девочку, конечно. А ты не знаешь разве?

- Когда?

И тут осенило, вдруг закричал, в объятья заключая их обоих:

- Это ж Наденька рожает или уже родила… утром, на рассвете.

- А как её зовут?.. – кто-то опять вопрос задал.

- Кого? – не понял я.

- Девочку, которую-у…

- Не знаю. Давайте имя ей дадим.

Все оживились, начали имена перебирать. Я их немного успокоил:

- Не торопитесь!.. ведь не непросто имя девочке даём, эпохе целой, - а сам подумал, как много предстоит ещё понять и научиться.
   ----------------------

Что-то невероятное вдруг началось, ветер поднялся сильный. Мы стали окна закрывать. Все, кто на улицы гуляли, побежали в дом. Я посмотрел на небо, но ничего не предвещало непогоды, небо было чистое. Ветер становился всё сильнее. Из окна дорогу было видно, что из города идёт, подумал, что гости едут, но если так разыграется стихия, так и не доедут. И тут увидел тучу… но странно, туча будто не по небу продвигалась, а прямо по земле.

- Что это?.. – кто-то спросил.

Обратил внимание на то, что туча наступала с запада, а ветер был восточный. Выходит, туча против ветра шла, но почему?.. Так не может быть… Дорогу было видно далеко, и все увидели, что впереди машина шла, она будто от тучи пыталась оторваться… И что-то с памятью моей стало…

Всё!.. чуть-чуть осталось, машина выедет из города совсем. Володя вёл машину со сноровкой. Видимо, не раз водил. Вдруг впереди машина появилась, и Володя резко затормозил, но было поздно, и мы врезались в столб на обочине. Ничего страшного не произошло, все остались живы, но машина не сможет ехать дальше и это очевидно. Быстро выскочил, помог Надежде, видел, как ей было тяжело, но надо было срочно что-то делать, вот-вот рожать Надежда будет. Ведь знал, но всё надеялся на что-то, может на благоразумие людское, но!.. весь город разделился и непонятно уж, где свои, а где чужие, никто не знает, кто за что воюет.

Мысль работала… Всё началось тогда, когда кто-то стал описывать?.. но что описывать?.. Нет!.. Нет!.. это не то, но почему звучат слова во мне: «описывать начал»… Выходит… Вдруг пули просвистели рядом, зарываясь в землю. Быстро осмотрелся, увидел дом невдалеке и побежал туда, за собою Надежду увлекая. Сзади Володя отстреливался от кого-то, Лена бежала рядом. Вот ведь как, хотела нас спасти, сама теперь попала…Я понимал, что нам с Надеждой не уйти, роды начались у Нади, преждевременно, конечно, но делать нечего. Удивительно, как ребёнок сохранился при жизни такой бурной?

Двери открыты были в доме. Лена что-то кричала, но уже из дома, мы с Надей не вошли… ввалились и упали на пол. Сзади Володя дверь закрыл за нами.

- Во, попали!.. – тихо прошептал.

Но, как грохот, шёпот парня в сердце мне проник… подставил и его и Лену. Володя будто понял боль мою, сказал:

- Слава, не казни себя и быть иначе не могло, сейчас кого-нибудь попробую позвать на помощь, да и не всё так плохо. Из соседней комнаты выскочила Лена:

- Слава, сюда идите, здесь диван… и бабушка-а…
 
- Какая бабушка?.. – спросил её. Но, не раздумывая увлёк Надежду в комнату.

Нам навстречу вышла женщина лет сорока пяти, увидела Надежду, что из последних сил крепилась, чтоб не закричать, подошла бесцеремонно, отодвинула меня и Надежде почему-то закричала:

- Плачь, родная, кричи!.. нельзя иначе, не держи в себе… я сейчас… помогу тебе, - повернулась ко мне: - иди, иди!.. продержитесь… скоро придут на помощь, а мы здесь с девочкой управимся.

- Если не придут?.. – спросил её.

- Уйдём!.. только до ночи продержитесь.

- Почему решили нам помочь?.. ведь даже не знаете, кто мы.

- Вы люди, а женщина твоя рожает… Разве мало?

- Спасибо!..

- Меня зовут Татьяна.
   ----------------------------

Но я уже возле окна сидел с Володей рядом.

- Чё делать будем?.. – он спросил меня.

Я не ответил, приподнялся и выглянул в окно. До заката пару часиков осталось, на улице как будто никого, стреляли, но так, на всякий случай или…

- Почему воюем?.. Володя!.. – спросил его.

- Не знаю, Слава, не знаю я. Думаю, что и они не знают. Вообще, зачем люди воюют?.. что надо?.. ведь точно, никто не выиграет!.. Может единицы только-о?.. Единицы?.. Слышишь, Слава?..

- Понял я. Вот что, попробуй продержаться, если что, а я их всех за собой попробую увлечь.
- Куда ты?.. хотя бы направленье знать.

- В Мэрию проникну, там устрою Кузькину им мать.

- А сможешь?

- Смогу, не сомневайся, у них ума только для войны хватает, и то друг другом только, а мы не их друзья, да и не солдаты, а воины.

- А какая разница?

- Солдат, Володя – это тот, кто приказы исполняет, воин – это тот, кто бьётся сам, сам решенье принимает, сам побеждает или… проигрывает.

Задумался Володя. А вокруг тишина, как будто нет войны.

- Чё-то тихо?..

- Перед бурей. Вот что, ждать не буду, ты как можно дольше здесь молчи, только посматривай, конечно, я через кухню выйду, разведаю сначала, а там видно будет.

- Давай!.. Воин!.. иди. Не думай, не брошу Надю. Только вот где встретимся, в случае чего?

- Дома у тебя!.. или у Лены!.. или здесь.

Я быстро поднялся и пошёл. Когда уже на кухне был, услышал, плачь ребёнка. Сердце застучало сильно, сильно, слёзы выступили на глазах, но я не обернулся даже. С кухни дверь выходила в сад, приоткрыл чуть-чуть… тихо, вышел и вдоль стены стал пробираться к выходу центральному из дома. Сад густой. Кусты смородины и вишни кругом росли, маленькими перебежками пробрался к изгороди, что окружала сад и дом, но было тихо. Забор был плотный, но не высокий. Осторожно выглянул, не приближаясь близко. Вдруг услышал выстрелы. Стреляли с улицы. Присмотрелся, увидел трёх человек, которые укрылись за машиной, но для меня они открыты были, как на ладони и что больше всего устраивало, что можно гранатой их достать.

Присел, тихо достал гранату, подумал, что надо много шуметь, но показываться меньше на глаза, пусть думают, что мы все вместе пробиваемся. Бросил гранату туда, где трое и выскочил, ударил очередью вдоль улицы, краем глаза уловил, что кто-то выскочил из дома напротив и к нам бежит, стреляя на ходу, но он не знал, где я и потому срезал его из автомата. Посмотрел туда, куда гранату бросил… двое лежали неподвижно, третий ползти пытался.

Пули засвистели рядом.

- Хорошо-о!.. – вслух произнёс, заметили, теперь пробраться бы к машине, что за углом стояла, не знаю, чья, да это и не важно, на ней в город надо пробираться. Шансов, что пробьюсь немного, но выхода другого нет.

Узнать бы, сколько их… Вдоль забора метров тридцать пробежал, поднялся и дал очередь вдоль улицы. Конечно, там никого не было… да это и неважно, лишь бы меня было много. Огонь ответный не заставил ждать, но я уже был в стороне и выстрелил опять. Вот тут-то противник и раскрыл себя, огонь открыли густо и с трёх сторон, значит, держат на прицеле улицу со стороны города. Кто-то обойти пытался, но сзади открытое пространство, поэтому побаивались.

Понял, что немного их, по выстрелам понятно. Если подмога к ним не подойдёт, то не всё так страшно, можно и отбиться. Молчал Володя… Молодец!.. хорошо молчит. Я был недалеко от той машины, что стояла как бы в тупике. Вздохнул и ловко через забор перемахну. Тихо. Не заметили, видать. Вокруг машины обошёл и тихо влез, дверка была чуть приоткрыта и ключи на месте. Хорошо!..

Не высовываясь, ключ повернул и машина завелась. В этот момент раздалась очередь из автомата, заглушая шум машины, я отжал сцепление, включил скорость и нажал на газ. Резко дёрнулась машина, выезжая на дорогу. Бросил гранату наугад, лишь бы взорвалась, чтоб чуть отвлечь, а сам не в город поехал, а обратно на открытое пространство, но сразу повернул на боковую дорогу, которая вела, по видимому, на соседнюю улицу, что шла параллельно этой.

Чувствовал и понимал, что противник растерялся, но я был уж далеко. Краем глаза уловил, что три человека бросились к машине и прыгнули в неё, но я выехал уже на соседнюю улицу и мчался не из города, а в город, к центру. Взрыв раздался впереди, и машину бросило в кювет.
  -------------

- Рассвет, смотри… девочка у нас родилась.

Я посмотрел и улыбнулся. Заря держала девочку младенца, не младенец – ангел. Она широко открытыми глазами смотрела мне в глаза, вдруг улыбнулась мило и протянула ручки. Я от восторга засмеялся, взял её на руки, она мокренькая была ещё, но шустрая. Удивился, что улыбается, не плачет, хоть и только что родилась. И вспомнил… это же Снежана!.. Ах-х!.. Выходит Снежа – это Капа у Надежды, а мире Лиры это идея, что эпохи целой сутью станет.

Как просто всё и как всё сложно. Всё отражается во всём, во всех мирах. Если здесь Снежаночка родилась, то она во всех мирах родилась кем-то или чем-то. А если… вдруг погибнет где-нибудь?.. 

- Не погибнет, не надейся, - возмутилась Зорюшка моя.

Я опомнился…

- Нет, конечно. Много сразу навалилось, вот и приходит всякое…

- Ладно, оправдываться, а лучше прижми к себе сильнее и укрой в себе, во мне. И там, где Слава, перестань со всеми биться, мир свой строить рассудком перестань и всё исчезнет. И я вспомнил… понял, что кто-то говорил уже мне и я сам, чтоб перестал описывать и всё само собой исчезнет. Не возникнет то, чего нет и быть не может, нужно просто все миры и мысли растворить в реальности самой.

- А где она, реальность?.. – у Зари спросил.

- Там где ты, если на войне, реальность там, если у меня, реальность здесь.

- Я понял!.. – осенило вдруг меня, - ведь все реальности мы сами разделяем, а надо всё собрать, но как?..

Заря открыла было рот…

- Понял я! На, подержи, я побежал.

- Куда, Рассвет?
  ---------------------

Очнулся, наконец. Не помнил, сколько без сознания валялся, но что-то изменилось, да и в голове слова звучали: «описывать, описывать»…

- Слава, пошли – увидел Лену.

- Как ты здесь?

- Да никак, через огороды пробралась.

- Что у вас?

- Ничего, всё тихо.

Кругом рвались гранаты, свистели пули, а она грит тихо…

- Так это они друг с другом бьются. Сначала за тобой помчались, на кого-то напоролись, вот и!.. нас оставили в покое. Когда темнее стало, я решила посмотреть, где ты. Видела, что не успел уехать.

Я, слушая её, всё больше понимал, что это не наша война, а тех, с кем бьёмся. Пусть сами жизнь свою терзают, нам надо просто жить, любить, и строить жизнь свою. Стало пусто в голове. Я встал и уже уверенно направился к Татьяне по переулку. Пули свистят вокруг, но ни одна в нас не попала, я перестал описывать события и стал от них свободен.

- Слава, пригнись.

Но я не обращал внимания на её слова. И знал, что Тьма укроет нас, потом нас передаст Заре, Заря росою нас омоет, в прекрасный знойный день отправит. Так, незаметно к дому подошли, я всё понял, хоть и описать не мог. Просто времени не существовало, было только всё и здесь. В дом не вошёл, вбежал и в комнату к Надежде. Она лежала на кровати, а рядом девочка в пелёнке. Я взял ребёнка на руки, прижал к себе.

- Что там, Слава?

Повернулся и увидел Володю, с благодарностью посмотрел ему в глаза.

- Там?.. воюют, а нам то что?.. они, Володя сами бьют пускай друг друга, а ты молодец!

- Не понимаю что-то я.

- Да я и сам не понимаю, отдохнём чуть-чуть, и в город на рассвете.

- Как это, в город?

- Отдыхай, а там посмотрим, только знаю я, что утром в город, а не из города пойдём.

Я подошёл к окну, на город посмотрел. Там кипела битва, вдруг взрыв раздался сильный где-то в центре и всё затихло. Стало так тихо, что уши заложило, только звон какой-то.

- Это Мэрия взорвалась… - как гром раздался голос Лены.
   --------------------

Все уже на улице стояли, даже не стояли, а пошли на встречу с тучей. Что-то меняться стало, всё будто маревом покрылось, и мир начал растворяться словно. Рядом Снежана оказалась, она сначала появилась и стала исчезать, но не исчезла полностью, только прозрачной стала. Я понял. Что радость наша растворяет… может сжигает даже, миры чужие и наши, не свойственные гармонии и красоте…

Туча приближалась, казалось, ветер сдерживал её движение. Сама природа будто противилась всему, что происходит, но силы не равны и нас накрыла туча. Ребята жались к нам, как выводок цыплят… всё исчезало и начал проявляться мир иной…

- Что это?.. – кто-то крикнул.

Мы в степи, и целая лавина конников идёт в атаку и некуда бежать, только степь кругом, но!.. с запада вдруг самолёты появились. Шли они на бреющем полёте, стреляя из всех видов своего оружия. Конная лавина повернула к ним, и началось что-то невероятное. Как из под земли появлялись целые колонны, города, танки, конницы, солдаты… всё перемешалось… Понял, что это миры сливаются в один, как воды океана или момент, когда река с пресной водой впадает в солёный океан.

Различные по качеству миры сталкиваются в схватке, и непонятно, что происходит в тот момент. Дикие племена с копьями идут на танки, но вклиниваясь в миры друг друга исчезают оба под напором какой-то третьей силы, крикнул, что бы поддержать ребят:

- Не бойтесь, если поймём и уясним в себе, что это не наши миры, то и сделать ничего они не смогут с нами, только страх убрать совсем…

Тело начало ломить, казалось, что болью стала каждая клетка, вижу, что так у всех. Лира рядом, но и она вот-вот расплачется от боли. Что же происходит?.. Прозрачность стала проявляться, растворяя хлопья грязного тумана, прозрачность не общая для всех, а вокруг каждого отдельно и!.. мир взорвался будто, всё устремилось к точке… и понял я, что это Надежда родила, а это целая эпоха, всё в себе объединяя и наполняя чистотой прозрачности и непорочности самой, смывая все наросты, что накопились за миллионы лет. Всё исчезало, растворялось в чистоте… но и боль была невыносимой… что-то внутри оборвалось и я сознанье потерял опять.
  --------------

- Зорюшка!..

Она стояла и смотрела на меня. Платье сияющее из звёзд самих, всё в узорах ниток золотых и россыпь в волосах из изумрудов и бриллиантов небесной красоты. Вокруг природа вся благоухала сияньем серебра в самой себе и наполнялась голосами дивных звуков, что симфонией по всей округе разносилась. 

Вокруг все с изумлением смотрели, не узнавая ничего, но радость, и не просто радость – восторг от чистоты неописуемости мира.

- Наш мир!.. Рассветик, мой любимый!.. Как долго я тебя ждала…

Я осмотрелся, окинул взором не округу всю, а Беспредельность чистоты, подумал: «Надо заполнять»… сказал:

- Как прекрасен мир!.. 

Снежана подбежала, начала обнимать меня и целовать, другие прыгали от радости, переполненья чувств и состояний. Я и сам чувствовал Зарю не вне себя, внутри не как отдельно, а целое, чувствовал каждое движенье чувств и состояний, мы словно были обнажены друг для друга… Подумал, что это наверное и есть состояние в раю, когда обнажены, но срама нет, только любовь и радость вперемешку. 

Всё это чувствовали не только мы, а все, кто с кем соприкасался, и это видно было. Понятно было, что открываются возможности, которым нет границ, и нам всё это узнавать, отныне… опять учиться жить!.. любить!.. творить!.. и радоваться жизни, но это уже история другая.
   ******************