Клуб любителей поэзии Клуб любителей поэзии

Смотритель: admin

Вино одиночества

Кому, кому
моя душа?..
Мне одному?
Я, не спеша,
пью тишину…
Кому? Кому?!..
 
Опять — один.
Так для чего
живу я?
Тайна одного…
Мученье сладкое греха…
Бокал мой – лист.
Вино стиха
я пью один…
Опять – один!
Летящих строчек господин.
 
Хоть кто-нибудь ещё -
отпей!..
Быть может,
<p class=«MsoNormal» style=«margin: 0cm 0cm 0pt;»
  • ,

Ложь, англосаксы и Россия

1 фото
image
Поскольку в глазах англосаксов
Россия виновна во всём:
От краха майямского царства
До надписи скверной гвоздём;

В Париже прокапал ли дождик
Иль Лондон туманом объят, -
Шельмуют с журнальных обложек:
Мол, это всё козни Кремля;

Случилось ли Солнца затменье
Иль лаву извергнул вулкан:
В истерике снова газеты, -
Москвы это страшной рука!

Так может,
  • ,

WADAизм

1 фото
image
Как сказал ещё Суворов
Триста лет тому назад,
Если буча на задворках -
«Англичанка гадит» нам.

Ведь боятся, супостаты,
В чистом поле лезть на нас:
Знают твёрдо — по сусалам
Огребут, что Отче наш!..

Вот по-мелкому и гадят,
Как всегда исподтишка,
Тридесятыми руками,
Ибо тонкая кишка...

Ну, а ныне англосаксы
За Дамаск, Донбасс и Крым, -

Русская зима

Ты холодишь простор ума,
Царица русская — Зима!
 
Твои танцующие вьюги,
Как груди девушки, упруги.
 
Снега бескрайние полей,
Как колдовские шлейфы фей.
 
Стоят леса — вот чудеса.
И месяца торчит коса!
 </span

МОЯ СВЯТАЯ РУСЬ

Прищур лукавый Пирамиды,
Ухмылка Сфинкса,
Гордый Нил,
Цветные гроздья персеиды,
Песков нагретых солнцем пыл
В противовес крутым морозам –
Неколебимая Сибирь,
Её не мерянная ширь,
Удел поэзии и прозы –
Крутые Ленские столбы
И среднерусские берёзы,
И блеск Авачинской губы.
 
Соизмеримы ли сравненья
Песков безжизненных

Странность

(из книги «Шедевры абсурда»)
 
Вот женщина — она шизует стоя.
Вот юноша — он движется очками,
как медный пряник.
Я сижу за светом.
Я руки положил на тишину.
Не странно ль вам?
Не странно ль?!..</span
  • ,

Птица

Свой мощный вскрыл под облака
Она воткнула.
Как будто чёрная река
Стрелой сверкнула.
 
Так высоко она вошла,
Что стала точкой.
Позвала высь и назвала
Любимой дочкой.
 
Легко и радостно парить,
Дерзя над миром,
И с небесами говорить
Ширококрыло!..</span

НА КУХНЕ




Лет девяти уже, однако,
Когда ты маме помогал,
Ты резал лук и горько плакал,
Но нож упрямо не бросал.
 
И мать с хитринкою во взоре
В улыбке разводила рот:
«Э-эх ты! Луковое горе!
Пойди, умойся — всё пройдёт!»
 
Давно забыта незадача,
Уж всё по росту, всё легко:
Ты режешь лук, совсем не плача —
Глаза от среза