Рассказы. Миниатюры. Афоризмы. / Виталий Иванов. – СПб.: Серебряная Нить, 2017. –120 с. Встреча на даче Мы разговорились случайно, и он пригласил меня к себе в дом, хотя мы почти не знали друг друга. И мы пили всю ночь вино на тёмной веранде, при слабом свете свечи, стоявшей на столе так, что лиц было почти не видно. Шутили, смеялись… Но я всё больше молчал, потому что не всегда находил, что ответить… И всё время меня не покидало возникшее вдруг странное чувство, что он разговаривает и шутит как бы с самим собою. А потом он читал мне свои стихи, грустные и прекрасные, как весь этот неожиданный для меня вечер. И только, когда мы расставались под утро, я впервые увидел его глаза. Он протянул мне руку и крепко пожал, но смотрел куда-то мимо меня. В глазах его я прочёл — бесконечное одиночество… И ещё что-то такое, что на один только миг — который мне не забыть никогда!- доставило ощущение абсолютной неразрывности с ним, с его более сильным «я» и со всем, прекрасным и драгоценным, бесконеч…
Рассказы. Миниатюры. Афоризмы. / Виталий Иванов. – СПб.: Серебряная Нить, 2017. –120 с.
Встреча на даче
Мы разговорились случайно, и он пригласил меня к себе в дом, хотя мы почти не знали друг друга. И мы пили всю ночь вино на тёмной веранде, при слабом свете свечи, стоявшей на столе так, что лиц было почти не видно. Шутили, смеялись… Но я всё больше молчал, потому что не всегда находил, что ответить… И всё время меня не покидало возникшее вдруг странное чувство, что он разговаривает и шутит как бы с самим собою.
А потом он читал мне свои стихи, грустные и прекрасные, как весь этот неожиданный для меня вечер.
И только, когда мы расставались под утро, я впервые увидел его глаза. Он протянул мне руку и крепко пожал, но смотрел куда-то мимо меня. В глазах его я прочёл — бесконечное одиночество… И ещё что-то такое, что на один только миг — который мне не забыть никогда!- доставило ощущение абсолютной неразрывности с ним, с его более сильным «я» и со всем, прекрасным и драгоценным, бесконечным и вечным миром!..
Уважение к литераторам
Руководитель секции поэзии СП России в Санкт-Петербурге деньги зарабатывал в кочегарке. И так сказать, полностью ею руководил сутки через трое. Это было очень удобно, и мы не раз в конце 90-х справляли у него всякие советские, демократические и религиозные праздники, а также бенефисы и юбилеи заслуженных авторов, лучших поэтов культурной столицы. Прямо, можно сказать, на угле, рядом с топкой. Ниже первого этажа.
Иногда нас, членов СП и желающих ими стать доходило до 50-ти человек. Так что кочегару с лопатой было не протолкнуться. И даже рюмку поднять в этой давке оказывалось не просто.
Однажды мы читали стихи, пили и пели всю ночь. Из-под земли через маленькие оконца у потолка брызгал призрачный свет и слышались дикие крики.
Конечно, кто-то вызвал милицию. Жилых домов рядом нет, но, видимо, слышно нас было через квартал и на другом берегу Невы.
Все, как обычно…
Прибыло три машины – так и тянет сказать – скорая, пожарная и милиция. (Был и такой случай, по другому поводу, правда.) Но нет – три раздолбаных воронка. Мы заперлись и некоторое время вели переговоры через окошечки…
Но, конечно, пришлось открыть – после того, как милиционеры стали выбивать стёкла ногами и своими дубинками, чтобы к нам влезть.
Взяли всех. Только мне с товарищем, известным поэтом, удалось спрятаться под тряпками в угольной яме. Остальных посадили в машины и увезли.
И что же? Созваниваемся с Юрием через некоторое время. Рассказывает. Всех отпустили через 10 минут. Показал свои корочки члена СП, поговорил по-людски, он умел, и всех выпустили. Его даже подвезли к дому.
Вот как раньше уважали у нас поэтов!