Змея.
I Утро Его глазами: Этим утром в ее редкую спокойную и добродушную сонливость слишком резко кислотой въелся яркий луч солнца. Она медленно открыла огромные слезящиеся глаза и тихо зашипела. Большой, сильный и обычно энергичный, но сегодня невероятно уставший и разбитый человек, мирно спавший рядом еще несколько
I Утро Его глазами:
Этим утром в ее редкую спокойную и добродушную сонливость слишком резко кислотой въелся яркий луч солнца. Она медленно открыла огромные слезящиеся глаза и тихо зашипела.
Большой, сильный и обычно энергичный, но сегодня невероятно уставший и разбитый человек, мирно спавший рядом еще несколько секунд назад, тревожно зашевелился. Предыдущее утро было ранним, день – насыщенным, вечер – нервным, а ночь – бессонной, поэтому больше всего на свете сейчас он просто жаждал отдохнуть.
Она почувствовала это легкое движение и зашипела громче.
Он замер, открыл глаза и чуть съежился. Дурной знак. Сегодня она весь день будет жалить.
Она выползла из-под подушки и пошевелила чуткими ноздрями, втягивая его запах. Это был особый запах недовольства, беспокойного сна и легкого страха. Теперь она точно знала, что он не спит. Она неслышно приподнялась и, не мигая, уставилась на него.
Этим утром в ее редкую спокойную и добродушную сонливость слишком резко кислотой въелся яркий луч солнца. Она медленно открыла огромные слезящиеся глаза и тихо зашипела.
Большой, сильный и обычно энергичный, но сегодня невероятно уставший и разбитый человек, мирно спавший рядом еще несколько секунд назад, тревожно зашевелился. Предыдущее утро было ранним, день – насыщенным, вечер – нервным, а ночь – бессонной, поэтому больше всего на свете сейчас он просто жаждал отдохнуть.
Она почувствовала это легкое движение и зашипела громче.
Он замер, открыл глаза и чуть съежился. Дурной знак. Сегодня она весь день будет жалить.
Она выползла из-под подушки и пошевелила чуткими ноздрями, втягивая его запах. Это был особый запах недовольства, беспокойного сна и легкого страха. Теперь она точно знала, что он не спит. Она неслышно приподнялась и, не мигая, уставилась на него.
Он каждой клеточкой ощущал эти огромные, теперь видоизменившиеся, желтые глаза с узкими звериными зрачками и старался не двигаться.
Она свернулась в кольцо и притаилась, нервно постукивая по одеялу гибким хвостом.
Его тело уже онемело, спину схватили тысячи ледяных иголочек. Терпение на исходе, еще немного – и придется действовать. Одним рывком – решительно и быстро.
Она сразу почувствовала перемену и напряглась – только бы не упустить.
Он молча готовился последние мгновения, а через секунду:
Глаза, вспышка света, быстрый прыжок в сторону, стойка кобры, резкий выпад, звон разбившегося стакана, стремительный бег… укус…черт возьми, снова не успел!
II Вечер для Нее:
Нежно-розовый закат, голубовато-неземное свечение воздуха, штормовое, почти черное, небо – какая разница.
Она свернулась в кольцо и притаилась, нервно постукивая по одеялу гибким хвостом.
Его тело уже онемело, спину схватили тысячи ледяных иголочек. Терпение на исходе, еще немного – и придется действовать. Одним рывком – решительно и быстро.
Она сразу почувствовала перемену и напряглась – только бы не упустить.
Он молча готовился последние мгновения, а через секунду:
Глаза, вспышка света, быстрый прыжок в сторону, стойка кобры, резкий выпад, звон разбившегося стакана, стремительный бег… укус…черт возьми, снова не успел!
II Вечер для Нее:
Нежно-розовый закат, голубовато-неземное свечение воздуха, штормовое, почти черное, небо – какая разница.
Понравилась публикация? Отдайте голос автору.