(из книги Шедевры абсурда) Мы с тобою — две фары одной машины - освещаем путь жизни. Мы с тобою — два крыла самолёта, летящего в будущее! Так пусть же не погаснет одна фара! Так не отвалится же крыло самолёта! </span
Насчёт счёта числителей чётных чисел, числившихся сосчитанными в числе считавшихся, считаю считать счетовода Считалкина численно рассчитанным и расчисленным за перечень перечисленных, считаемых за отчитываемые числа, пересчитанных счетов и отчётов.</span
(Из старых тетрадей) Я разучился улыбаться. Я научился жаждать зла, И с нелюбимой обниматься, И людям лгать, смеясь в глаза. Я надругался над любовью И хладнокровно разглядел, Как жизнь отрыгивает с кровью Блевотный запах жадных тел. И глупой юности сомненья Покрыла равнодушья тьма. Я добываю наслажденья Для
Я заставляю себя мыслить. Сплю сном чувств И, пытаясь пробудиться, Напрягаю веки сознания. Но сладок сон мой, И тяжелы веки. А жизнь — так мимолётна!.. Раскроются ли глаза разума?
(из старых тетрадей) Ветер налетел… и исчез в поле, Мимолётность чувств за собой торопя… А мне никуда не уйти от боли, Не находя себя! Дела? Заботы? Общественная порука Суеты?.. Это невыносимая мука - Примерять на себя чужие мечты! Вот ветер!.. Он смел, талантлив и волен, А лес, и поле — его друзья. <p class=«MsoNormal» style=«margin: 0cm 0cm 0pt 1cm;»
Там, где щебечут птицы Над вешнею землёй, Так чудно свет струится, Прозрачно-голубой. Играют перезвоны Весёлого ручья. Над рощею зелёной Я слышу соловья. Его простая песня… О, Родина моя! Как кронами чудесно Качают тополя! Приветливо сверкает В камнях лесной ручей. И на душе светает, Становится светлей!</span
(из старых тетрадей) Нет у меня ни друзей, ни врагов. Нет у меня любви… Если вы слышали плач берегов, Высохших без струи; Если вы слышали сердца бой, Бьющийся в каждой вене, Не называйте беду судьбой И неизбежным измены. В каждой печали усталым днём Зрячими вижу глазами, В каждом несчастье, всегда и во всём</span
Мне снится сон… Далёкий путь, Унылый и усталый, И не присесть, не отдохнуть - Пустыня, солнце, скалы… И не испить воды живой Из чистого колодца. И исчезает голос Твой… Надежд не остаётся! Но вот… Как будто ветерок Проносится в пустыне. Возник мираж… Я изнемог. Я Бога проклял имя! </font
(из старых тетрадей) Тихо-тихо опустила - как ребёнка пеленала, покрывала меня, нежно укрывала сиреневым одеялом; чтобы сердце не застывало, просила, просила - долго-долго не уходила, просила, просила: чтобы сердце не застывало, чтобы сердце не застывало… Плакала, целовала, словно что-то такое знала, что-то
(из старых тетрадей) Я начинаю новую тетрадь… Быть может, в ней, мечтою окрылённый, Свободный и раскрепощённый, Смогу я гимн прекрасному создать? И — да простятся мне грехи Гордыни! — мыслям нет покоя, В себе я лучшее раскрою И миру подарю Стихи… Таинственный, волшебный свет В душе моей горит, не тая,</span
(из старых тетрадей) Я разуверился в победах и изменах, И сердцу, вроде, ничего не жаль. И я гляжу в безоблачное небо, В какую броситься, не зная, даль… Приелось всё — любовь, тоска и даже Стихи. Теперь я в полутьме Скоблю задумчиво с теней вечерних сажу И размышляю о своей судьбе. Мне кажется, что я -
Вставало солнце в розоватой дымке, Торжественно, спокойно, величаво… Глазами ненасытными владыки Владения свои обозревало. С улыбкой просыпались дол и лес, Как будто вновь им довелось родиться… Шло солнце закрывать врата небес - И пели гимны солнцу птицы! Мир поднимался, свежий, обновлённый, Обласканный
Выпал утром серебряный ливень. На пожухлой траве – седина… Раскрывается в тающей сини Золотая, в багрянцах страна! В бесконечном лазурном просторе Свет последней звезды ловлю. Это счастья раскинулось море, И я в нём — по колено стою!.. Ночь красавице златокудрой Песни пел при сиянии звёзд. А проснулся под
(из старых тетрадей) Эту грусть не рассыпать словами! Лишь себя самого я боюсь. Околею в какой-нибудь яме Или с пьяной руки удавлюсь… Пью вино, а тоска всё злее. Почему я опять один? Может, пепел надежд развеять, В белом омуте снежных равнин? Но сбежать невозможно от муки… Что за грусть, что за боль
Выбивает копытом Луна серебро из дрожащих озёр. Чёрными нитками путает лес тишина. Тонкая тучка сладко дуется пухлой губкой, прося поцелуев. А ветер — гуляка, летун и изменник - пропал перед дивом, что отрок влюблённый… О, вечная юность! Неслышными спицами звёзд вяжет ночь шапку чуда на голову спящей планеты из ниточек мыслей, сплетаемых мною. Как
Года подёрнули туманом Дней лучших сладостные сны… Но я опять живу обманом Вдруг возвратившейся Весны! Люблю мечту… Или виденье, Воздушный замок, полусон… Одно лишь знаю без сомненья, Что я опять в тебя влюблён. Влюблён!.. И с юношеской страстью, Тоску и грусть из дум гоня, Я жажду жизни — полной
(из старых тетрадей) В этом розовом дней накале, Заколдованном бед кольце Я запомню тебя едва ли И не стану метаться в конце. Этот пламень в груди напрасный… Сердца глупого гулкий бой!.. Мне с тобою всегда прекрасно, Как прекрасно с любою другой. Жизнь — смешная до пошлости штука. Я не скрою привязчивый
Однажды упадёт Звезда, Ни что собою не итожа. Ночь будет так же, как всегда,- Ни на одну ночь не похожа. Сверкнёт волшебно звездопад, И чьё-то сердце загорится… Но всё, чем полон жизни сад, Во мне уже не повторится! И для меня наступит срок Вновь превратиться просто в землю… Зачем же, зная сей итог, С
